Ванда ощутила страстное желание полного обладания, обуявшее охотника.
Девушка сняла энергетический щит, и её человеческая сущность устремилась навстречу страшному вампиру, его жажде по сути навстречу своей смерти. Краем сознания девушка поняла, о чем её предупреждал Келсиос. Говоря о том, как опасны вампиры.
Что её побудило поступить таким образом, ответа не существовало, в любом случае она находилась под защитой.
Произошло невероятное, Келсиос услышал мысль Ванды без снятия блока, без предупреждения или намёка:
«Так вот, что остановил в себе Келсиос, когда увидел меня и ещё не полюбил. Как же быстро все могло закончиться. Жаль».
Сердце Ванды забилось, громко и яростно, словно стараясь показать охотнику цель его визита. Его удары набатом отзывались в мозгу Келсиоса, вампир слышал этот набат перед боем, с тех пор как разбойники напали на его деревню. Этот звук раздражал и отвлекал его, а услышанная мысль заставила окаменеть и прислушиваться к мыслям любимой, в надежде услышать ещё что-то важное.
Келсиос сдвинулся на несколько сантиметров. Вид вожделенной цели затуманил сознание охотника, добыча находилась в зоне досягаемости, меньше чем в доле секунды. Келсиос же не решался напасть первым, охотник непозволительно близко завис у окна. Вампиры замерли, Ванда услышала, как зазвенела тишина. Битва вступила в самую тяжелую стадию, победить охотник не мог, он жаждал крови и мести. Никто из Залиникосов не мог прийти Келсиосу на помощь, каждый не двигаясь, контролировал своего подопечного. Только со стороны могло показаться, что ничего не происходит. Шла битва. Все сканировали пространство, вычислял момент для молниеносного броска.
«Кто эта девушка, помимо того, что она, человек, и моя жена? Как она заставила подняться и пойти на верную смерть охотника решившего, что он получил помилование. Почему она открыла свои мысли и именно в момент боя? Зачем она отвлекла меня, как будто решила помочь этому тупому охотнику расправиться с ней. Неужели после всего предложение убить её не снято с повестки на ближайшие годы».
Думал Келсиос, сканируя пространство:
Если бы Ванда не открыла мысли, охотник попрощался бы с жизнь, только взмыв над землей, все бы закончилось мгновенно.
Из-за этой заминки охотник получил иллюзию перевеса и призрачную уверенность выйти победителем из этой битвы, более того получить приз в виде девушки маячившей в окне.
Келсиос отбросил все мысли и сосредоточился на битве, осознав, когда в следующий раз произойдёт подобное, он не имеет права отвлекаться.
Малейшего подозрения, что охотник может оказаться быстрее чем он, погрешность в сотом знаке после запятой, не позволяла Келсиосу немедленно напасть и убить вампира, он ждал стопроцентного расклада. Охотник плавно двинулся назад, пытаясь найти прореху. Келсиос читал его мысли и начал двигаться на долю секунды раньше. Обезумевший от желания завладеть добычей охотник, не собирался отступать, молниеносно метнулся в сторону окна, его сущность, тянулась к Ванде как к магниту. Когда взгляды безыменного вампира-охотника и Ванды встретились, охотник развернулся и прыгнул, но достичь цели ему не удалось. Атака была обречена, охотник проиграл, именно этого промаха ждал высший вампир. Келсиос телом сбил его в прыжке, высший вампир оказался быстрее простого охотника. Фоас схватил его за руку и бросил на землю. Все ещё выполняя просьбу сына оставить бедолагу в живых. Чёрный огонь ярости погас в его глазах. Никто из визитеров не мог прийти охотнику на помощь, микронное движение означало мгновенную смерть.
– Белисар и Агостон отдаю вам и моего. Не хочу, чтобы девочка меня боялась, – сделала щедрый жест Тарья.
«Такого не бывает, как Ванда остановила Тарью. Совершенного бойца. Все просто – любовью».
Подумал Келсиос, сражаясь на три фронта с визитерами с сущностью и с недоумением, хотел услышать ещё одну мысль Ванды. Но мысли любимой захлопнулись, Келсиос понимал не думать она, не может, это он не имеет возможности её слышать.
– Щедро, – прогудел Агостон.
Хиония бросилась на одного из визитеров, отреагировавшего на смерть охотника. За ней бросились Агостон и Белисар,
Ванда даже не поняла, чем битва отличалась от игры или танца. Тела с невероятной грацией перемещались, вампиры, выдерживая дистанцию, не приближались друг к другу. А когда приближались, один из танцоров просто падал, рядом падала его голова. Как в фильме или мультфильме, или в воображении, в реальности такого не могло произойти. Белисар, сделал два танцевальных па, Ванда легко подложила под них заключительные аккорды менуэта. Слышался только гулкий звук, раздающийся при ударах, напоминающий сход лавины в горах. Никто из бойцов не издавал ни звука, вампиры не чувствовали физической боли. Битва закончилось почти мгновенно. В живых остался только переговорщик, которого Фоас выхватил и бросил Келсиосу, визитер больше не пытался ни бежать, ни нападать.