Профессионализм врача взял верх. Ванда оставалась ещё слишком слабой, для принятия решения, относительно своей судьбы в реальности вампиров, тем более с позиции вампира. В человеческой реальности девушка оказывалась сильнее. Но сейчас никто не знал, в какой реальности она бродить, включая и саму Ванду.
Келсиос вышел из палаты и ещё не понимал куда себя забросить, чтобы не смущать Ванду и как-то удержать себя в рамках не броситься уничтожать все вокруг себя. Выбрал вершину скалы, где они прогулялись с Вандой. Даже вампиру показалось, что прогулка состоялась лет двадцать назад. Там он лег на холодный камень, привычно отождествил себя с куском гранита, всмотрелся в небо, затем закрыл глаза, оставив тонкую нить, связывающую его с любимой. Вампир не сомневался малейшее изменение, он быстрее ветра окажется в нужном месте.
Глава сто девятая Встреча с прошлой реальностью, или окончательный развод. Борис на подсознании решил принять совет юриста
Люсьена примчалась в клинику на такси, которое все ещё ожидало её под клиникой. Борис привычно расплатился с таксистом, тот переложил вещи из багажника своего автомобиля в багажник Бориса. Люсьена села рядом на пассажирское сиденье, Борис повернул ключ в замке зажигания и с ужасом отметил, прошли четырнадцать лет и ничего не изменилось. Дома Люсьена первым делом приняла ванну, выпила кофе и собралась с духом, чтобы закатить скандал.
– Остынь, – спокойно сказал Борис, – у меня нет желания выслушивать тебя, если ты помолчишь минут семь, то получишь информацию для полноценного скандала. Полу скандал не твой стиль. Готова?
Люсьена, вернулась на четырнадцать лет назад и притихла, для неё тоже ничего не изменилось.
Борис действительно уложился в неполные десять минут. Начал с приезда Ванды и закончил помолвкой.
– А молчала дочь потому, что ты довела её, так же, как и меня, своим нежеланием принимать реальность, и я поддержал её, теперь я уйду к себе в кабинет, можешь, что-нибудь разбить, если найдешь, я избавился от таких мелочей. И ещё Ванда живёт на втором этаже, чтобы я тебя там не видел, гостиная в твоём распоряжении, – бывший муж закончил изложение последних событий, как всегда ультиматумом.
– Не уходи, – неожиданно спокойным голосом остановила его Люсьена, – это тот молодой человек, что сидел рядом на кровати, насколько он старше?
– На двадцать два. Он преподаватель в университете, – ответил Борис, он всегда отвечал на её вопросы, если Люсьена задавала их спокойным тоном.
– Боря, помнишь, как мы радовались, тому что дочь любит учиться и не забивает голову всякими глупостями, вот где нас догнала её любовь к знаниям, – её голос звучал спокойно.
– Люсьена ты невыносимая. О чём ты думаешь? Ты не видишь, в каком состоянии наша дочь? – задал естественный в такой ситуации вопрос бывший муж.
– Как хочешь, я не могу её видеть, прости, Ванда оказалась права, принимая решение уехать из Америки. Вернуться к её болезням выше моих сил, я уеду через три дня, не уверена, что приеду на свадьбу. Начинай меня ненавидеть прямо сейчас. С меня хватит, я делала всё необходимое, долгие годы. Её болезнь уничтожила меня, и мой брак с тобой. Твоя дочь уничтожает всё, что с ней соприкасается. Боря, придел, финиш, – неприятие ситуации сквозило в каждом слове, ненависть к собственной дочери, поднималась на уровне подсознания.
– Люсьена, послушай себя, ты мать! – попытался урезонить муж бывшую жену, – Ты пожалеешь о сказанном.
– Не пожалею. Добавь, плохая мать, хуже меня только мать, убившая своего ребёнка. Согласна подписываюсь под каждой буквой и запятой, Ванда выбрала себе мужа, можно я отдам её ему и исчезну прямо сейчас. Я схожу с ума от запаха и вида больницы. Если бы ты меня не остановил, я закатила бы истерику, вошла в ритм и опять потянула бы лямку. Но ты остановил меня, я благодарна тебе. Мне лучше поселиться в гостинице, – приняла решение Люсьена.
Борис перебрался на кухню, туда же вышла, Люсьена уже переодевшись.
– Вызови такси, укажи какую-нибудь гостиницу, с Вандой я поговорю сама, – без тени истерики, попросила жена бывшего мужа.
Такое поведение удивило и насторожило Бориса, он начал судорожно вспоминать, что могло заставить Люсьену повести себя неестественно. Зацепки не нашлось, и он привычно списал её поведение на эгоизм, себялюбие, и нежелание заниматься дочерью. Последнее, о чем мог подумать Борис – это вампирский гипноз. Фоас спасал и любил его дочь. В человеческой цивилизации люди вымышленное принимают за реальное. Борис фатально ошибся, распространив доброе отношение высшего вампира убийцы к Ванде, на себя и Люсьену.