- А зачем тогда охота? – продолжила выяснение Ванда.
- Составляющая естества. Даже при сытости ярость не снимается. Жажда движения невыносимо сидеть прикованным к одному месту. Только умоляю, не говори брату. Второй откровенности на тему нашей натуры он мне не подарит, - обратилась с просьбой вампирша.
- Клянусь, - очень серьёзно произнесла Ванда.
Беседу двух женщин прервал голос Бориса за дверью палаты. Борис и Карина вошли в палату вдвоём.
– Ванда, скажи, когда ты сбегала к парикмахеру? – спросил отец, пытаясь снять неловкость. Сегодня деланный энтузиазм не понадобился, он прибывал в недоумении.
Карина промолчала, комментировать увиденное не хотелось, девушка, по её мнению, отличалась, от покойника, только тем, что двигалась. Больше никаких признаков жизни она в ней не заметила. Худая, изможденная, белокожая, с горящими зелеными глазами, только идеально причесанные волосы, хоть как-то прикрывали ужасный вид девушки. Карина тихо шалела от абсурдности происходящего. Борис настоял на совместной поездке в клинику, она не смогла отказать.
– Прическу мне сделала Тарья, – призналась Ванда.
– Ты в зеркало на себя смотрела? – спросил Борис, не замечая, насколько дочь плохо выглядит.
– Нет, у меня на зеркало не нашлось сил. Тарья не любит, когда я наблюдаю за её работой, говорит она сама зеркало и не заслужила такого недоверия, – ответила девушка.
Подходить к зеркалу Ванда не спешила, вернее она вообще не хотела смотреть на своё отражение.
За дверью палаты послышался шум. В палату на цыпочках зашли Келсиос за ним Белисар Агостон и Тарья.
– Ванда так ты на ногах. Предлагаю вылазку на природу, весна, хватит валяться, не поверишь, Келсиос разрешил мне, – восторженно прогудел Агостон.
Верзила подошёл к Ванде, и легонько не смыкая пальцев, скорее взвесил, чем пожал ей руку.
– Какая она теплая и легкая, синичка она и есть синичка. Келсиос я бы на твоём месте рехнулся жить с ней, это как запустить камень среди тонких хрустальных бокалов и ухитрится ничего не разбить.
– Ничего он справляется. Может брат и мне разрешит тебя приобнять, – проговорил Белисар и просто улыбнулся.
Тарья взяла Белисара под руку, а Агостон его толкнул. Борису показалось, проделай он такое с ним, ему пришлось бы отлететь минимум на пару метров, но Белисар даже не заметил. Инициативу перехватила Тарья.
– А ну брысь отсюда, считайте, визит вежливости состоялся. У Келсиоса ещё много дел на сегодня. Вас вообще никто не звал. Могли и не соваться в палату. Подвезли б и оставили брата под дверью.
– Тарья, а ты со мной не вернёшься, домой? – обратился к сестре Белисар.
– Белисар, твоя опека начинает тяготить, все нормально, я нужна Ванде, – ответила брату сестра.
Вампиры вышли, оставив Бориса с Вандой. С мнением, Карины пока никто не считался. Келсиос слушал, о чем они говорили и думали. Карина думала о девушке, днем в пустой квартире в ожидании Бориса, она прикинула перспективу совместной жизни, собиралась с мыслями, и хотела спросить о своём статусе в доме, в своих расчетах женщина упустила одно «но». А вот теперь это «но» поднялось с больничной кровати и заявило права на Бориса. Карина не могла принять такую перспективу, ей не хотелось обслуживать эту некрасивую, больную, враждебно настроенную девушку. Но проследив за взглядом Бориса, подумала, если она претендует на отношения с ним, ей придётся это делать.
«Тарья, опять расставляет маяки. Пристроенный Борис лучше одинокого. Хотя сестра плохо знает Ванду, однажды поместив кого-то в своей энергии, Ванда содержит его всегда.
А она сегодня почти здорова. Понятно, почему Фоас и Ванда отослали меня. Все правильно, неужели Ванда для этого выхлопотала себе доступ к телу без согласования со мной? Сильна малышка»:
Мысленно отметил Келсиос.
Утром он вернулся домой, переоделся отправив вещи в камин, назвав его самой лучшей стиральной машиной. И пригласил братьев проведать Ванду. Нельзя сказать, что они обрадовались, но хотели проконтролировать ситуацию. Ещё больше хотели, чтобы он не привел девушку домой. А Агостон попросил у брата разрешение прикоснуться к Ванде. Высказывая таким способом максимальную лояльность к девушке.
Мысли Бориса всецело поглотила дочь. Он хотел уточнить, можно ли будет её сегодня забрать, как и обещал Фоас. Волновался, как её заставить полноценно питаться. Как примирить их с Кариной, ну хотя бы попробовать договориться, чтобы дочь согласилась жить с Кариной под одной крышей. Борис принял решение в отношении этой тихой одинокой женщины, и не собирался отменять его. Лучшего варианта не существовало, в любом случае, Карина, просто находясь в доме уже помогала ему.