– Холайе не знает, чего ждать, он превратился в тупого вампира от многих знаний, – туманно ответил Фоас, как бы подхватив мысль сына, – поезжай я попробую найти полное объяснение случившемуся.
– Мне показалось, ты знаешь, о чем шла речь, ну в первый момент точно, – намеренно высказал свою догадку сын.
Келсиос уже слышал звук двигателя «Майбаха» и хотел дождаться Тарью.
Фоас тоже ждал Тарью, и как только она вышла из автомобиля сказал:
– Келсиос, садись и поезжай. Мне и самому показалось, что я знаю, о чем идёт речь, но всё неправильно, логика нарушена. Я начинаю искать ответ. Поезжай к Хионии, она давно ждёт тебя, отвлекись, так лучше. Тебе необходимо время и покой. И Холайе ничего не заподозрит, – дополнил он свою просьбу.
– Странно я почему-то сам вспомнил Хионию. Отец, девочку не трогать, приоритет за мной, – предупредил Келсиос отца, что означало всех.
– Безусловно, без обсуждений. Не волнуйся. Она твоя в любом случае. Правила не нарушаешь не только ты, – успокоил его Фоас.
- Прости, но я воспользуюсь своим автомобилем, в дополнительной привязке не нуждаюсь, - все же проявил непокорность сын.
Вещами они давно не дорожили. Такой жест имел только одно пояснение – напоминание или символ.
Тарья давно уступила место водителя. Келсиос стремительно пересек пространство и занял место за рулём своего автомобиле, все ещё не принимая в душе абсурдность происходящего. И сорвал «Инфинити» с места. Позволяя автомобилю набирать максимальную скорость, он подумал:
«Что за ерунда, неужели отец играет по моим правилам. Он попросил у меня отсрочку. Кто у нас вожак стаи? Бред».
В зеркало заднего вида Келсиос увидел эскорт.
«Это ещё, что за прикол. Согласен, Тарья, почему отец поехал за мной?»
Не отставая, Тарья чётко выдерживала дистанцию, сорок сантиметров, как бы не старался Келсиос её измерить, расстояние оставалось бы неизменный на любой скорости и на любом отрезке дороги.
Водители в недоумении провожали взглядом странный эскорт. Две машины на запредельной скорости, неслись как привязанные друг к другу, переходя из полосы в полосу, не притормаживая. Они бы ещё больше удивились, если бы смогли рассмотреть водителей, их сосредоточено-бесстрастные, лица мертвецов. Мелькали указатели, смеркалось. Водители синхронно включили фары, когда почти полностью стемнело. Келсиос отметил, автомобиль, сопровождавший его, исчез и подумал:
«Значит, Тарья что-то увидела. Во всяком случае, этой девочке бояться нечего. Пусть она живёт вечно. Эта странная Ванда Вайрих. Жаль, вампиры лишены блага забвения. Как бы мне хотелось просто забыть её. Проснуться утром и ничего не вспомнить. Увы, мы даже не спим».
Келсиос вдруг легко принял, девушка живёт вечно рядом с ним с его семьёй и ему захотелось немедленно вернуться, отыскать Ванду и попытаться прочесть её мысли или хотя бы поговорить с ней. Хладнокровный вампир улыбнулся своему безотчетному желанию, и услышал, как лязгнули его зубы, издав громкий металлический звук, в пустом автомобиле, сдерживаться Келсиос не намеревался, оставшись наедине с собой, он позволил себе расслабиться. Вампир проглотил комок из жажды и боли, и не сомневался, симптомы превосходили по силе обычные жажду и боль.
«Понятно, Тарья увидела моё безотчетное желание сохранить жизнь птенцу. Только всё это суета. Фоас, своим поспешным предложением, не дал мне внести правильное предложение. А правильно поступить – это уехать всем. Я нарушил правило, я не остановился. Меня остановили. А, следовательно, я обязан настоять на отъезде. Я сдался. Фоас втянул меня в игру, жажда получить ответ заставила меня выполнить его просьбу. Все конец. К Хионии так к Хионии. Но нарушенное правило догонит меня».
Тысячи вариантов, просчитанных Келсиосом не помогли ему продвинуться в выяснении, с чем столкнулась его семья и он лично. По этой причине высший вампир согласился с решением, которого не принимал.
Глава пятнадцатая Тошнота от сладкого, или безуспешно предпринятая попытка жить как обычный человек
Ванда, пользуясь советами Сергея, приобрела всё необходимое для университета. Парень показал ей бутик, где она купила теплую длинную куртку, не особо выбирая, и тут же сменила старую на новую. Сергей смотрел на девушку, не понимая, откуда взялась легкость в общении. Он согласился принять самое активное участие в соблазнении новенькой, поддавшись на провокацию Марины, а сейчас попал в какой-то странный переплет, смущался, парню вдруг стало стыдно за затеянную злобную игру.