– Заполучила? – стараясь казаться безразличным, спросил Келсиос.
– Любимый, у тебя получится заставить меня ревновать, у женщин арсенал по части ревности не хуже вашего мужского, – серьёзно предупредила его Ванда.
Келсиос осекся, он собрался сказать Ванде, о необходимости проехать на квартиру Юрия Викторовича.
– Выкладывай куда и с кем собрался, не с Хионией ли? С вас станется сотни километров за несколько минут, мне за вами не угнаться. Невеста лохушка сидит и думает, что она единственная, а жених вполне может развлекаться на стороне, при такой-то скорости перемещения, – насладилась его замешательством Ванда.
– Я собрался отвезти тебя домой к Борису, и провести весь вечер с вами на кухне, за лепкой пельменей, – честно соврал высший вампир будущей жене.
– Молодец, сразу выдал самый пыточный вариант, да не нервничай ты так. Занимайся своими делами. Я пошутила, – успокоила она Келсиоса.
– Мне правда необходимо, это касается квартиры Юрия Викторовича, сначала Тарья напомнила о ней. А теперь Агостон насел. Он не любит беспорядок в недвижимости. Приоритет за мной, брат не желает идти первым без меня, правила, – теперь вампир говорил правду.
– Так поезжай, или слетай. Я доберусь домой сама, – предложила Ванда, и, не дожидаясь ответа, направилась к своему автомобилю.
Келсиос легко отыскал квартиру покойного преподавателя. Двухкомнатная невзрачная квартира старого одинокого человека, вызывала тоску. Келсиос видел огромное количество таких квартир. За одним исключением квартира оказалась полупустой, кроме библиотеки, дивана и минимума на кухне, все остальные вещи были вывезены или выброшены.
«Ух, ты, старая школа. Продолжает удивлять. Но и библиотека мне не нужна. Но мысль правильная, какого беса Агостон вцепился, ничего интересного или уникального. Пусть весит как тысячи таких по миру. Не за сотку же баксов её сдавать. И Тарья зараза».
Келсиос скрыл квартиру энергетической завесой, при таком раскладе квартирой в ближайшие годы никто интересоваться не станет. Келсиос вышел на балкон и сел на пол. Окна балкона выходили во двор техникума. Вампир вспомнил тысячи убитых таким способом людей. Вспомнил троих вампиров, убитых при помощи энергии. Любовь и желание полного обладания Вандой заполнило его сущность. Келсиос разрешил себе задуматься о продолжительности жизни людей, и о случайностях.
«Она три раза уже была почти мертва. В двух случаях из трёх мы сами спасали её. Она могла стать моей уже давно».
До его слуха донеслись голоса и прервали его размышления. Вампир без труда узнал голоса.
«Пётр и Михаил. Он говорил Ванде, что учится в техникуме, вот где этот техникум. Уйди не слушай».
Мгновенно отреагировал вампир, но любопытство, чувство самосохранения, а главное ревность не дали ему сдвинуться с места, он подумал:
«Что такого если я послушаю, в конце концов, мы теперь союзники. Ха-ха союзничек, особенно молодой».
– Папа, что случилось? Почему ты приехал? – спросил Пётр.
Келсиос читал его мысли, Михаил волновался за сына.
– Да так, отдаю долги, подумал, тебе будет приятно, если я тебя подвезу, ты столько со мной намучился за четыре с половиной года, – он все ещё не решался произнести ни слова из заготовленного текста. Пётр спросил первый.
– Послушай, выходит Борис Семёнович зря платил этим светилам, и почему ты раньше не обратился в клинику Залиникоса? Он же реально поднял тебя и за такой короткий срок. Оплаченные киевские специалисты вынесли вердикт помочь невозможно, – поддержал беседу Пётр.
– У нас с ним давний конфликт, – ответил Михаил, он хотел добавить, что это не конфликт, а настоящая вековая война, но представил лицо сына и осекся.
– Папа, какой конфликт? Он приехал уже после того как в тебя выстрелил браконьер. Или я что-то пропустил? – Петра давно беспокоило психическое здоровье отца.
Михаил промолчал, а Пётр продолжил.
– Не пугай меня. И что ты говорил Ванде? Она полуживая, а ты такую ахинею нёс. Спасибо, девушка хорошо воспитана, выслушала твой бред, даже что-то ответила. Перед доктором неудобно. Стоит, улыбается, хорошо, что к психиатру обратиться не предложил.
«Улыбается, конечно, прекрасное дельце обтяпал, отчего не повеселиться. Я и ты в рабстве до скончания их века, а он не скоро кончится, если кончится. И не только у неё, опосредованно и у Келсиоса её будущего мужа, бери выше у всей семейки. Смешно «будущего», просто мужа. А сойти с ума оборотень не может, как и вампир».