– Мужчин нанимать не пробовали, – пошутил Борис, разделывая мясо.
– Это ничего не изменит, – ответил Келсиос и загадочно улыбнулся.
Борис вспомнил Хионию, безоговорочно согласился, и опять ошибся. Келсиос хотел, потешит Ванду.
– Боря, я же предлагала приготовить еду дома, сложить с судки и не возиться в сложных условиях, – отозвалась Карина, она убиралась в одной из комнат.
– Кора, я не люблю разогретую еду, время почти не экономишь, а ешь несвежее, – нравоучительным тоном проговорил Борис.
Карина затихла. Ванда вспомнила, как реагировала на тон и слова её мама и подумала:
«Ничего не меняется. Плевать, пусть эта дура, она не мама. Карина сломается, возраст и меркантильность. Хочет всё и сразу. Мама просто протягивала руку и ждала, а эта – «крыска» одним словом, надеется обуздать Вайриха Бориса. Не получится. Хоть она и творческая личность, жизнь ее надломила».
Ванда не вступила в беседу, устав от трехнедельного молчания, мечтала остаться с Келсиосом наедине, её энергия потянулась к его энергии и затихла рядом, как согревшийся котенок. Келсиос благодарно посмотрел любимой в глаза, такой жест заменял ему любую откровенную ласку, но он знал у людей не так, по этой причине приблизился к девушке и провёл рукой по волосам.
Казалось такое за столь короткий срок невозможно, но дом и предметы в доме оживали, и пространство приобретало жилой вид. Старый, но не убогий дом, согретый и убранный, выглядел вполне пристойно. Келсиос, вылил воду на улицу, занес свежей воды и распаковал сумку. В ней нашлись два комплекта постельного белья, и теплая женская пижама. Все вещи источали странный аромат, который немедленно уничтожил все запахи дома.
– Что за запах? – спросила Карина.
– Я же говорил, собирала Тарья, – ответил Келсиос, – это её проделки, она такое умеет, где она берет ароматы и как их передает, не признается. Секрет, – туманно ответил вампир.
– Келсиос, я предлагаю уступить самую теплую комнату Ванде и тебе, мы в проходной, если Ванда стесняется, поселись в третьей комнате, но предупреждаю в ней прохладно, – расселил всех Борис.
– Я думаю стеснять, ни вас, ни Ванду не стоит, не замерзну, – успокоил всех Келсиос.
Ванда проводила его недоуменным взором. Келсиос прихватил один из комплектов и скрылся в комнате. Назревал обед, отказываться невозможно, но и есть невозможно. Келсиос конечно мог проглотить пару кусков мяса, или съесть полноценный обед, но тогда уровень яда поднялся бы выше нормы, а в компании двух людей и Ванды, проводить такой эксперимент вампир не желал. Девушка тоже нервничала и заглянула в комнату.
– Не волнуйся, все для тебя – больше ни для кого любимая, – услышала она его голос внутри себя.
Келсиос закрыл глаза и улыбнулся. Девушка прикрыла дверь.
– Папа он спит, – соврала дочь.
– Оставь, пусть спит, проснется, поест, у нас не армия, он и доставил нас и дров нарубил и дом отмыл. Устал, к физическому труду не привык, – сделал вывод Борис, накрывая на стол.
Келсиос слушал, как они перебрасывались отдельными фразами.
«Если бы с нами приехал Белисар, они бы уже уснули, я бы кое-что подправил. Не хочу применять гипноз. А ладно, они сами скоро улягутся. Погода мерзкая, сам бы поспал, если бы умел»:
Келсиос закинул руки за голову и наслаждался близостью Ванды. Как он и предполагал через минуты сорок, он услышал шорох простыней. Борис уснул мгновенно, и тихо. Ванда ещё какое-то время просто лежала, а потом тоже уснула. Келсиос вышел на кухню. Карина мыла посуду.
– Вам помочь? – предложил учтивый вампир.
– Вы уже помогли, я бы драила эту хатку, часа четыре, – отказалась от помощи в мытье посуды женщина.
«А я бы без вас, вместо часа, минут семь-восемь»:
Подумал высший вампир и сел на деревянный стульчик, сколоченный кем-то из предыдущих поколений, открыл дверцу лежанки и подбросил несколько поленьев. Его мертвое сердце зашлось.
«Какое счастье, что нам по средствам не возвращаться в своё прошлое, это же невыносимо. Вообще нужно оставить как можно меньше маяков, для Ванды. Она ещё не задумывалась как это тяжело, похоронить себя для живых, будучи живой, а потом похоронить всех мёртвых оставшись вечно живой»:
Подумал Келсиос и как всегда ошибся, с Вандой логика не работала.
– О чём задумались? – услышал он голос Карины.
– Да так не о чём. Карина, а ты всю жизнь прожила в Хусте? – на вопросы вампир отвечать не хотел.