Вампир внимательно слушал. Её голос прозвучал и успокоил, он понял, что сможет выйти Карина и Борис останутся живыми и Ванда доживёт отпущенный ей срок. Ему стало легче, Келсиос не суетясь, поднялся.
– Извините, я пройдусь, – голосом, лишенным жизни, предупредил мужчина и медленно вышел из дома, ярость делала его движения плавными.
Остывшие сердце запылало черным огнем, теперь только кровь Ванды могла потушить это пламя, вампир взлетел на грань смерти и включил таймер, раздался первый щелчок. Келсиос начал внутренний монолог.
«Ванда умирала, как и почему, а где находился я в это время? Она умирала до меня и один раз при мне, когда её вылечил Фоас».
Память Келсиоса немедленно и услужливо предложила протоколы операций на сердце.
«Конечно, умирала и конечно кровь. Ванда могла согласиться на операцию и умереть, а рядом не оказалось бы ни меня, ни Фоаса. Меня позвала не её кровь, а её энергия. Ванда ты кто? Келсиос ты тупой монстр, она честно отдала тебе этот вопрос, и ты на него не ответил до сих пор. Преподаватель недоучка».
Келсиос ещё не ушёл из зоны слышимости, стоя под пеленой дождя, он слушал слова и мысли Бориса и Карины.
– Он что такой впечатлительный, может выйти к нему, – предложила добрая Кора, ей, по непонятной причине захотелось чем-то помочь.
– Не стоит, он сильный, справится впечатлительным его назвать сложно. Он больше не уйдёт, у нас договор, правил он не нарушает, – остановила женщину Ванда.
Услышав последние слова, он сорвался с места и умчался, Ванда остановила их диалог, вампир принял решение:
«Я должен поговорить с отцом».
Сознание вышибало. Он представил вампира из мультика, с вожделением заглядывающего в окно ничего не подозревающий девушки, а два аккуратных длинненьких беленьких клыка появляются в его пасти и глупо свисают через нижнюю губу. Никаких особенных клыков природа не предусмотрела, острые как лезвия зубы никогда не выдвигались и не задвигались, вампиры их не чистили, яд выжигал все, что попадало в рот. Зубы вампира – нож, совершенное оружие, подчиняющееся энергии убийцы.
Келсиос понимал счёт пошёл на месяцы, он мог обладать ней значительно раньше, чем представлял, «не останется надежды» оказалось на расстоянии руки согнутой в локте. Думать о добровольном переходе высший вампир даже не стал, отбросив подобное предложение.
С такой стремительностью реальность вампира в человеческой цивилизации ещё ни разу не менялась.
«Я получил подарок, проблема так просто решалась, открытый сундук с сокровищами для безнадежно больного клептомана».
Глава сто двадцать девятая Две пуговицы на блузке, или такую цену ты назначила для моей любви
Келсиос позвонил Фоасу. Высший вампир мог оказаться рядом с отцом, минут за пятнадцать, они не нуждались в человеческих игрушках. Келсиос не нашёл в себе сил говорить с отцом с глазу на глаз.
– Ты все знал, и молчал? – спросил он отца.
– А ты в накладе? – в свою очередь спросил отец и добавил, - ты играл по своим правилам, вернувшись из Египта, тебе никто не запрещал смотреть.
– Без обсуждений. Сколько? – Келсиос задал вопрос, больше всего интересовавший его.
– По показаниям пару лет, я сделал все, что от меня зависело, ты знаешь не долечить не мой стиль, – заверил его отец.
– Знаю, но ставки? – хотел удостовериться Келсиос.
– Здесь запредельные. Сам знаешь. Можно сделать трансплантацию, ну если оставлять Ванду человеком, и, если всё пойдёт, как наметят, добавит несколько лет. Я бы как человеческий хирург не взялся, но деньгами можно продавить. Технологии идут вперед, корм умнеет потихоньку. Если ты намекаешь на меня, я справлюсь, она выживет. Плюс ваши энергетические игры, до десятка лет. Все равно ресурс тела сработается. Тебе это зачем? Видений у меня нет, поговори с сестрой. Насчёт качества жизни после, полистай в памяти книги. Хочешь освоить профессию сиделки, такой уровень самоконтроля тебе не понадобится ни в раю, ни в аду, три туза на мизере, когда четвертый уже на руках, явный перебор, в природе почти не встречается, – обуздал его добрый порыв Фоас.
– Отец ты найдешь донора, я не смогу сам. Мне с ним лучше не встречаться сейчас, долго бедолага не протянет. Вернее, нисколько не протянет, убью мгновенно. Откуда я знаю, что у неё в голове, мыслей не слышу, вполне может согласиться. Хрен её знает, в какую игру играет любимая Ванда. Все приеду, доставай кролика, – принял решение Келсиос.