Спровоцировав Агостона на поединок, Келсиос хотел выяснить, кто и как поведет себя в бою. Обменявшись короткими мыслями с отцом, они согласились, поединок превзошёл все ожидания.
– Справятся, кормить сложно, – ответил Фоас всем.
«Если собрать, уже вменяемых умеющих, контролировать жажду охотников и тупых низших вампиров и направить на них, выстоят против сотни. Проблема в питании, по договору между нашими семьями, если он такое себе позволит мы имеем право остановить войну и убить семью Холайе. Правда, как это осуществить не сказано, но можно попробовать. А так - это их настоящий предел. Ну, где-то примерно и наш.
– Без Ванды, – высказал дополнение Келсиос.
– А она неплохо считает, почти как мы, – отметил Фоас».
Агостон швырнул валун в сторону площадки, камень глубоко вошёл в землю, ударившись о камень под землей.
– Досадно, поражение Келсиосу до конца вечности, – прошептал Агостон.
Поединок исчерпал себя.
Именно этот грохот и услышал Пётр, и именно эта первородная и первобытная сила запустила процесс и заставила Петра обратиться медведем. Энергия начало всего.
Глава сто тридцать пятая И все же Агостон получил удовлетворение. Репетиция медового месяца, или я давно живу как перед последней операцией
Вампиры медленно летели в сторону дома. Ванда обхватила рукой талию Келсиоса, правда, не держалась, полностью доверившись вампиру или отрешившись от всего.
– Я поняла ночью, вы игрались от скуки. В рукопашную Холайе не пойдёт. Незачем, математика, бой легко просчитывается, – продолжала играться полученными знаниями Ванда.
Келсиос замедлил полет, остальные последовали его примеру. Ванда не отреагировала, она выскользнула в другую реальность, но в какую и когда?
– Келсиос, предлагаю уехать на месяц другой. Находясь в предложенных обстоятельствах, я список невыполнимых желаний не составлю, – закончила она начатый текст.
«– Сын ты уедешь с ней? – спросил Фоас.
– Да, я не могу ей ни в чем отказать, – ответил Келсиос.
– Я бы не стал рисковать, – попытался остановить его отец.
– Рискну – это будет первым невыполнимым желанием, или мне сказать ей, что я боюсь Холайе? – задал он вопрос отцу.
– Как знаешь, приоритет за тобой, и часть власти у тебя, – нехотя согласился Фоас, он просчитывал варианты, и пожалел о своём решении поделиться властью».
Они как по команде скрыли мысли.
«Келсиос рискует, не понимая степень риска, ладно я вмешаюсь, он уйдёт, я попросту утрачу контроль над ситуацией, развитие которой предугадать невозможно. Предложила Ванда, положусь на её интуицию. Придётся следить за ним и попросить Тарью найти лежбище моего дражайшего создателя. И что это даст? Поторопился я поделиться властью. Нет в самый раз, он и так ревнует девушку ко мне, начну настаивать, осатанеет»:
Подумал Фоас, он опять скрыл свои домыслы и догадки, сеять смуту в семье, будучи главой, он не имел права. Трещинка в сотую долю микрона, наметившаяся в бесконечной непробиваемой стене, не могла явиться аргументом. Фоас принял как всегда привычное решение, стать неимоверно терпеливым.
«Отец нервничает, боится отпускать Ванду со мной. Ей необходима спокойная интимность, и я рехнусь, протискиваясь среди заинтересованных энергий. Мы остро нуждаемся в отдыхе, особенно Ванда. Она не желает жить в бывшем отеле, из-за Бориса, я больше не могу жить с Борисом, а вампиры не смогут жить с ней. Её решение правильное»:
Подумал Келсиос и взглянул на любимую, которая вернулась в человеческую реальность, и принял окончательно решение.
– И куда уедем? – спросил Келсиос, когда вампиры расселись в гостиной.
– Прямо, самый короткий путь к цели, тем более, если цели нет, – высказала абсурдное предложение Ванда.
Слово: «Прямо» в отношении достижения цели, Келсиос уже применял, боль от воспоминания о той странной ночи многократно усилилась. Кровь Ванды жила в нём и остановила ярость. Яд Келсиоса изменил Ванду и сгорел в её крови и энергии.
– А как насчёт отца и Карины, им скажешь? – напомнил Келсиос Ванде, человеческие обязательства и правила. Древний монстр начал замечать, что она не только вампирских правил не желала выполнять, её перестали волновать человеческие правила и законы.
– Хорошо, завернем и скажем, плохо, что я не умею перемещаться как вы, у тебя нет какого-нибудь более практичного автомобиля? – спросила будущая жена будущего мужа.
– Ванда, я тебе должен дважды. Пижоны. Я всегда догадывался ты практичнее, чем кажешься на первый взгляд, – обрадовался Агостон и принял на себя ещё одно обязательство выполнить любую просьбу девушки.