– Любимая, отдохни нам некуда торопиться, – предложил он. – Пользуйся всем, что у меня есть.
– А мне ничего не нужно кроме тебя, – ответила она.
– Ну, тогда мной, – безропотно согласился Келсиос.
«Фоас оказался прав, такие женщины требуют мужчину целым куском. Зачем отсортировать или делить. Получив полную власть надо мной, она автоматически получает все. Умница. Люблю. Обожаю».
– Обними меня, просто ляг за спиной, – попросила она любимого вампира.
Келсиос выполнил её просьбу, она повторила своим телом очертания его тела, вампир не решился потревожить её своими поцелуями, Ванда не просила её целовать, вампир укутал её своей энергией наполненной любовью и покорностью, спрашивать, оценила или она его усилия он не решился. Хватило уверенности в своих действиях.
Глава сто сорок пятая Закрытие театрального сезона или возвращение домой
Утром они вернулись в особняк в Италии. Келсиос не мог прочесть её мысли, но энергия чётко сигнализировала, любимая устала, ей надоело скитаться. Все что она могла почерпнуть из этого путешествия, уже находилось у неё.
«Любопытно как она остановит нашу прогулку по миру?»
Первым делом Ванда отыскала телефон и поставила его на зарядку. Перед ним мелькала обыкновенная человеческая девушка, вернувшаяся в человеческую реальность, где она становилась до ужаса смешной. Глядя на её перемещение по комнате, Келсиос подумал:
«Определила, чем заняты две семьи высших вампиров, примерила на себя ответственность, и не додумалась отправить меня купить телефон и стартовый пакет. Или она настолько не приспособлена к человеческой жизни или уже не живёт в ней».
– Папа, привет, ты где? Уже дома? Я тоже скоро вернусь. Я в Италии. Соскучилась Келсиос рядом. Все хорошо. Какая репетиция, я о ней даже не думала. До встречи, – коротко поговорила с отцом Ванда.
– Все понятно, кроме репетиции, что мы не отрепетировали? Постановки одна за одной только успевай раскланиваться, – не стесняясь, поучаствовал в беседе Келсиос, а теперь задал бестактный вопрос.
Ванда не особо заботилась, слышал он её беседу с отцом или нет, скрывать стало нечего, новых секретов не появилось.
– Отрепетировать мне предлагалось медовый месяц, папа почему-то решил, что именно за этим мы уехали, – честно объяснила ему Ванда.
– Я идиот, причём полный. Две недели потратил, на выяснение, что мне ничего до свадьбы не светит, а надо было добиваться, чтобы засветило, – пошутил Келсиос, он получил максимум из возможного, собственно, как и Ванда.
– Нет, не засветило б, я вот сейчас решила, совершеннолетие, свадьба, брачная ночь, медовый месяц. Поехали домой, – остановила она их путешествие по миру.
– Ты не пошутила? – спросил Келсиос.
– Никаких шуток. Четыре обычных вполне выполнимых человеческих желания. А что есть проблемы? После всего, что я видела это же пустяк, – подтвердила она очевидное.
Келсиоса вдруг вышибла человечность простых желаний Ванды. Два пира в плотном окружении многих людей, брачная ночь с человеческой близостью, человеческий медовый месяц, Келсиос не знал к кому отослать свои молитвы, чтобы любимая никогда серьёзно не подтвердила эти четыре невыполнимых желания и не потребовала приведения их в исполнение. Они затрагивали не только лично его, а вовлекали всю семью.
– Ну, Борис, тебя спасает только кровное родство с моей любимой женой. Как у него получись запустить такой ужасный процесс, – заочно обратился Келсиос к Борису.
– Он никогда не вмешивался в этот аспект моей жизни, – заступилась дочь за отца.
«Да, когда она любит, или не замечает или оправдает. И ты этим воспользовался престарелый монстрила. Наступило время заплатить за шару».
Ванда и Келсиос не могли объяснить, почему беседа шутки ради, стала серьезной, и почему события должны произойти именно в порядке, построенном Вандой.
– А что тебя смущает, если отбросить человеческий аспект, то, что мы творим за гранью близости, даже по меркам вампира, – отметила Ванда, отдавая отчёт в происходящем между ними.
«Если отбросить, а если настоять?»
Подумал Келсиос и обомлел, то, что произошло через секунду, могло заставить его выполнить и эти четыре человеческих желания.
Энергетический поток Ванды потянулся к его потоку. Келсиос хотел приблизиться, Ванда остановила его жестом. Он почувствовал, как её горячие губы целовали всего его тело, прикасаясь к щекам, рукам, плечам, так как он целовал её. Её поцелуи наполнились восхищением и восторгом, сантиметр за сантиметром её скользили все ниже и ниже, поцелуи остановились на уровни груди. А потом вернулись к его губам и ласки прекратились.