«Келсиос чувствует моё смущение, не могу же я остановить Холайе, в его попытке очаровать меня, я могу только не ответить на неё»:
Подумала девушка.
Ревность ступила шаг вперед, добиваясь нормальной реакции, Келсиос кивнул Ванде, лицо ничего не выражало. Тарья поднялась и стала за её спиной. Холайе скользнул к ней ближе. Ванда знала, высший вампир старается прорисовать на своём лице самое доброжелательное выражение, чтобы заверить её в полной безопасности.
Холайе протянул руку как король для поцелуя. Ванда положила свою руку поверх его руки, прикоснувшись к белёсо голубой коже, не обратив внимания на царственный жест, завладела его рукой. Девушка обдумывала своё наблюдение, его кожа оказалась тверже, чем она ожидала, на ощупь тело напоминало сбитую в монолит мраморную крошку, перемешанную с ледяной пылью, и намного холоднее, чем кожа Келсиоса или Фоаса. Камни на браслете сверкнули и Холайе на миг утратил контроль над собой и Келсиос услышал его мысли.
«Мысли действительно закрыты. Не обманула. Кто она? Уверен не человек. Но кто? Что она собралась сделать…».
Холайе оборвал мысль, но вида не подал. Келсиосу пришлось не подать вида два раза. Древний монстр Холайе заметил браслет, и уже не сомневался, то, что он искал долгие столетия перед ним, в облике этой девушки, и он в её власти, во всяком случае, пока Ванда не уберет руку. Показать такое он не имел права.
Ванда пристально всмотрелась в глаза Холайе и к своему удивлению не увидела в них бездны, которую она привыкла, видит в глазах любимого, только пламя. Чёрный огонь в глазах Холайе словно улыбался и жил отдельной жизнью, гипнотизировал странным, неприятным способом.
Ванда, преодолевая невероятное сопротивление, играла свою игру, нащупывала энергетический поток противника. Этот поток, оказался рекой, широкой без берегов. Она присоединила свой поток к его реке. Страсть и влечение, разбуженные Холайе, а именно этого он добивался, надеясь вывести из равновесия семью Залиникосов, остыли в холодном потоке опыта и рассудка высшего вампира. Холайе понял, ставка на ревность Келсиоса ушла в пользу Ванды.
Лицо Холайе изменилось. На нём отразилось сомнение, и крайнее удивление, прежде чем он спрятал его под маску дружелюбия.
Пауза зависла, молчание постепенно наполнялось гулом, энергия уплотнялась, превращаясь в осязаемую субстанцию. Фоас растерялся, такое могло происходить только во время битвы титанов, но никакой энергии кроме энергии Холайе он не ощущал.
«Она как-то сдерживает Холайе. Но как?»
Эти мысли скрыл Фоас.
«Что же он ей предложил, и что она ему ответит. Интересно как она заставила его снять блок. Очарование, доведенное до совершенства, теперь мне понадобится максимум самообладания. Что же затеяла Ванда, она сейчас не человек и не вампир. А кто?»
Эти мысли скрыл Келсиос, он догадался, Ванда выставила щит, но обратиться к Фоасу боялся. Холайе частично ответил на их немые вопросы.
– Я думал прочесть твои мысли, а ты решила сыграть со мной свою игру. Весьма интересно. Я не нравлюсь тебе? – спросил древний вампир, и предпринял попытку резко выдернуть свою руку.
Камни на браслете сверкнули, Холайе обмяк и оставил попытку убрать руку. Непреодолимая сила удерживала руку древнего вампира. Холайе легко вспомнил силу, удержавшую его, он невероятным усилием воли погасил свои ощущения, думать в данной ситуации, оказывалось непозволительной роскошью, его мысли мгновенно становились достоянием семьи Залиникосов. Этот раунд боя, он проиграл.
Ванда спокойно продолжила игру.
– Не нравишься, Холайе. И ты мало предложил, добавь, уверена ты ещё что-то припас, – по-деловому продолжила она вслух мысленную беседу.
Келсиос представил, как прозвучит предложение, девушка ступит навстречу Холайе, и они в мгновенье ока исчезнуть. Монстры взбунтовались, но что он мог, Ванда беседовала, принимала решения, держала за руку опаснейшего монстра. Никто бы из семьи Залиникосов не успел её спасти даже в случае случайной провокации.
Древний высший вампир застыл, сохраняя на лице вдумчивое выражение. На мгновение он затих, его глаза скользили по всем присутствующим. Потом он резко тряхнул головой. И опять Келсиос услышал его мысли.