– Невмешательство на любой территории. Никакого переустройства, Земля пока выдерживает несколько миллиардов людей, и 10 высших вампиров и даже 11. Я никогда не имел намерений перебирать твои обязанности на себя. Я знаю, ты отрицаешь все, что имеется у людей, кроме крови. Но иногда взаимодействие на другом уровне приносит свои плюсы. В знак примирения, – Фоас протянул своему создателю обе руки.
Холайе с недоверием их взял. Они выступали равными противниками. Когда Холайе отпустил руки сына, он внимательно посмотрел на Фоаса и тихо проговорил.
– Пора уходить, жаль, что ты не стал любимым сыном. Но ты прав я никогда не был даже плохим отцом. Я просто не стал отцом, я и сейчас не понимаю, как это – быть отцом. Брат две жены и слуга, – признал Холайе, перечислив свои достижения в области деторождения.
Он без опаски прошёл мимо стаи медведей-оборотней. Серо-чёрный медведь пристально взглянул на древнего высшего вампира. Прикрыв Ванду собой.
«Он врёт, он никого не любит, сам себя и то не любит».
Подумала Ванда, но её мыслей никто не услышал, кроме Петра, но медведь-оборотень не подал вида и не придал им должного значения. Оборотни получили свою долю от пирога под названием: «Визит Холайе».
– Да здесь есть что защищать. Келсиос она таки стоит твоих усилий. Завораживает, огромный потенциал, когда девушка станет одной из нас. Вечность учить терпению – я подожду. Так говоришь, я не обращу тебя? Над предложением подумай, решишься, брось весточку в пространство я услышу, как твои друзья медведи-оборотни. Я не такой тупой урод, каким кажусь, у меня есть и положительные стороны. Ты права, не обращу, и догадки кто ты – очень смутные. Но лучше бы ты не появлялась, или умерла до встречи с высшими вампирами, – последняя фраза оказалась важной и незыблемой как сама вечность.
– Тут я с тобой согласна, без возражений, – не уступила Ванда.
Холайе с наслаждением вдохнул её аромат и собрался покинуть неприветливый дом, своего сына. Боль перерождения передернула его тело, он очень давно жил в комфорте, но кровь, выпитая накануне, мгновенно сгорела, и яд заполнил сущность Холайе. Вампиры собрались выдохнуть, но такого не ожидал никто. Келсиос понимал, силы Ванды на исходе, она подхватила его энергетический поток и жила за счёт него, её энергии, он почти не ощутил.
– Холайе, я позвала тебя, ступив ногами на кровь вампира, ты соблюдал формальные законы, собираешься нарушить прямой закон. Ты не имеешь права не ответить на мои вопросы, отказать в помощи или не дать совет, – остановила она древнего вампира.
– Ты не вампир, – зло огрызнулся Холайе, на сегодня и его терпению пришёл конец.
– Я стала на кровь вампира, и ты пришёл. Там площадь миллионы людей становятся на то место. Замучился бы бегать по вызовам, ты же не мальчик на побегушках и не семейный доктор. Яд Келсиоса живёт во мне, или мне тебе рассказывать, что откуда пошло, – девушка напомнила правило известное всем.
– Монстр, подлый неведомый монстр, а говоришь правил, не выполняешь, – прошипел Холайе.
– Не выполнять, не значит не пользоваться. Убийца может подать в суд на вора и выиграть дело, если у него украдут кошелёк, – повторила свою просьбу Ванда, пропустив злое шипение, по сути, выпад.
– Спрашивай, – без дальнейшей дискуссии согласился Холайе.
Он понимал девушка, воспользовавшись прикрытием медведей-оборотней и семейства Фоаса, подойдёт и её невесомая рука ляжет на его плечо и ему придётся ответить на её вопросы, под нажимом.
– Остался кто-то старше тебя и Омерайе? – задала она как всегда абсурдный вопрос, нарушающий основы многовекового покоя, десяти высших вампиров, охотника, и клана медведей-оборотней.
Камни на браслете засияли зеленым цветом. Холайе вдруг опустился на одно колено, за ним опустилась вся его семья. Они не могли стоять, в то время, когда глава их семьи склонился перед девушкой, чем закончится, для них акт уничижения они не знали, но гордость в такой ситуации, могла сослужить плохую службу.
– Да, есть, их двое, – тихо проговорил древний вампир, тон как нельзя лучше подходил для оглашения конца света.