– Очень легкая, пусть пока поплавает, поумнеет, подрастет, жирок нагуляет. Парнишка ещё никак не показался, авансы недорого стоят, – ответила дочь
– Значит все-таки «пока», – рассмеялся отец.
Он по глазам видел, Сергей ей не интересен. Но на заметку взял.
– А с Залиникосами ты случайно не знаком? – нерешительно и как бы невзначай спросила Ванда.
– Ого, на кого ты замахнулась. Прости, пошутил. Если честно, я мало о них знаю. Доктор Залиникос, замечательный врач, диагност, иногда оперирует. У него частный санаторий, на самом деле клиника. К нему ездят такие, короче хотел бы я полежать в той клинике с некоторыми. При этом за полторы сотни долларов работает в местной больнице, самозабвенно лечит всех бесплатно, мне кажется иногда даже на свои. Сходи в храм там за него спасенные молятся, в отдельно отведенном месте, - ответил Борис.
– Так ты лично знаком с доктором Залиникосом? – не остановилась Ванда.
– Поскольку, постольку, видел. Красавец невероятный весь женский персонал сходит по нему с ума. И полная тишина, никаких скандалов, одинокий, правда, где жена неизвестно. Странные до ужаса, отпрыски какого-то старинного рода, живут кланом. Кстати я с одним из них, иногда, пересекаюсь, по восстановлению замков, он архитектор, историк, консультант. Я от него такой договор получил, закачаешься. Приезжает на объект, подтянутый, сильный, красивый, борец работоспособность невероятная. Работает, молча, ни с кем не советуется. Потом отдает пакет чертежей и описания. Реставрация это по большей части домыслы, что там понастроили триста лет назад, что перестроили, а потом снесли, если документов нет, пойди, разберись. Так вот все, что имело хоть какое-то подтверждение, всегда подтверждалось. И денег, конечно, он стоит немалых. Ездит по всей Европе. Ходят слухи, что тут какие-то их корни, и они пробивают возможность выкупить один из замков, родовое поместье. Я по замкам прикинул, потом решил, купят бог им в помощь, узнаем. Скорее всего, это правда, иначе их пребывание в этой глуши не объяснишь. Работают, наверно, от скуки, – рассказал он дочери всё известное о странном семействе.
Борис и его деловые партнеры не раз обсуждали Залиникосов, но никто к ним вхож не был, а о том, чтобы получить приглашение речь вообще не шла. Семейство в высших кругах не фигурировало, по факту жили в сфере, куда просто так не войдешь, а работали просто рядом, и одновременно как бы ни существовали. И самое интересное, поговорив на досуге, все о них забывали, в кругу, где общался Борис, если кем-то начинали интересоваться, интерес утолялся полностью. И сейчас Борис удивился, что его дочь заинтересовалась именно Залиникосами.
Ванда внимательно слушала отца, согласившись, с тем, что всё абсолютно прозрачно и понятно, но полностью лишено логики.
– А почему они тебя заинтересовали? – спросил отец, так и не придумав, где пересеклась дорога Залиникоса и его девочки.
– Папа, один из Залиникосов преподаватель, - доложила Ванда.
- Ага, я рассказываю и не понимаю, зачем тебе информация о самых непонятных людях в этом городе. Они тут чужаки. Чему этот преподаватель пытается вас научить? - поинтересовался Борис.
- Преподает иностранный язык. Я договорилась с ним изучать французский и чешский языки и литературу в оригинале, хотела составить индивидуальный график, а он куда-то исчез. Вспомнила к слову, – дала логичное объяснение дочь, она любила даже ложь выстраивать в логическую цепочку.
– Найдется, они люди ответственные. Я уверен странности есть, но в пределах нормы, выучишь ты свои языки, – заверил её отец.
Борис попытался успокоиться, из затеи ничего не получилось. Многолетняя привычка доводить все дела до логического завершения заставила его принять два решения. Первое поискать выходы на врача Залиникоса, разозлившись на себя, за то, что он сам не подумал обратиться к нему по поводу дочери. До Бориса доходили слухи о высокопоставленных пациентах, у врача без высочайшей квалификации, не могли лечиться такие люди. Второе - выяснить максимум о семье Сергея Харитонова, и в случае если его дочь все же решит встречаться с их отпрыском, быть во всеоружии. Такой вольности он не допустил бы никогда, оставить без внимания человека, заинтересовавшегося его дочерью.
Ванда промолчала. Уверенность отца в нормальности семейства Залиникосов ещё больше насторожила её. Анализируя поведение преподавателя иностранной словесности, она всё отчетливее осознавала, поведение мистера Залиникоса во время лекции, выглядело более чем ненормально. Не находилось вопросов, не то что ответов. Пределов нормы она не заметила, скорее наоборот полный беспредел, и подумала: