«Почему я не влюбился в неё? Глупость, мы давно переросли симпатию и даже влюбленность. Мы сразу полюбили, просто извращенная жизнь вампира не позволяла нам приблизиться друг к другу. Только появление этой странной девушки снесло пласты ненависти и страха. Но даже этот факт ничего не меняет. Реальность всё равно невыносимая»:
Мысли Белисара-воина не стали светлее, даже при полной сытости.
Хионию гнала злость и ревность. Она искала кого-то похожего на Ванду. Будучи охотником, многие аспекты она отметала, многие не осознавала. Она, безусловно, подчинялась силе Фоаса и Ванды. Клеф манил, но Хиония нечего не могла ему предложить, она оставалась обыкновенной, в понимании высшего вампира, члена семьи Холайе.
– Ненавижу, – шипела она, летя над вечерним Львом, – зачем Фоас создал меня, такой – ни высший вампир как они, ни охотник как все охотники, уверенные в своей правоте и голодные.
Охотница злилась бессмысленно. Её не интересовало, когда Фоас создавал её он не управлял её будущим, он просто остановил её смерть, и по сегодня высший вампир сохранил за собой право снять с паузы процесс. Она не призвала его, просто оказалась в плохом месте в нехорошее для себя время.
Выхватив на улице девушку с волосами как у Ванды, дрожа от нетерпения, она вела её по улице, но прохожие не исчезали. Наконец девушка вошла в подъезд и направилась в лифт.
На девушку, не отводя глаз, смотрела необыкновенно красивая женщина с черными волосами, отливающими розоватым цветом. Девушка потянулась к ней сама. Хиония умела читать язык тела как никто другой. Найдя квартиру, в которой жила девушка Хиония оставила её под дверью и отправилась на поиски новой жертвы. Вторая девушка оказалась точной копией первой, её Хиония нашла за триста километров.
Расследуя две загадочные смерти, следователи поначалу решат, что девушки близнецы, настолько одинаковыми оказались, способ и обстоятельства убийства и они сами.
Хиония не окончила охоту сознательно, она знала, что никогда не забудет неоконченную охоту, но в её сознании помимо её воли запустился процесс самоуничтожения, и вампирша не понимала, как его остановить:
«Что значит неоконченная охота, когда моё холодное сердце выжигает ежесекундное присутствие человека, отнявшего сначала Келсиоса, потом Холайе предложил человеку наслаждение, о котором я не смею, мечтать, а в довершение лишила свободы, меня охотника. Мне надо найти способ приблизиться к Клефу, я люблю и желаю его. А этот недобитый птенец в паре с Фоасом цепями приковали меня. Зачем я только пришла в их дом».
Хиония не могла выстроить в логическую цепочку, события, приведшие её к Клефу, а тем более оценить парадоксальную игру судьбы, связавшую её с семьёй создателя. Доктора-вампира, однажды уже нарушившего течение её жизни, лишив её смерти.
Глава сто шестьдесят пятая Бумаги, супруг или если узнают, о цифре в конце брачного контракта, Борис ты покойник, мертвее не бывает
Тарья знала, где найти Келсиоса.
Сначала дуновение ветерка за ним тень появилась в доме, и материализовалась рядом с вампиром, застывшем посреди комнаты в луче лунного света.
– Спит? – спросила Тарья.
– Да, – ответил влюблённый вампир.
– Проснется сама или, когда разбудишь? – поинтересовалась Тарья.
– Когда разбужу. Она перестала сопротивляться гипнозу. И потом люди привыкли спать ночью. Ты что-нибудь видишь? – осведомился Келсиос.
– Только место где вы проведете медовый месяц, – соврала Тарья, заподозрить её во лжи не представлялось возможным.
– Такая информация для меня не имеет значения. Лишь бы Ванде понравилось. Тарья попробуй включить в свои виденья старейшин, как-то их отыскать, – попросил он сестру.
– Отыскать, наивный, это первое что я сделала. Если их должны найти Холайе и Омерайе мне делать нечего. Стараюсь, полный вакуум, не за что зацепиться. Имена ничего не значат. Тебе проще. Перешерсти имена, фамилии, – предложила она брату.
– Наивный распорядитель. Более-менее значимое имя Дарлан - это Франсуа из Нерака адмирал умер в 1942 году. Проверил, точно не вампир, нет и следа энергии. Ну ещё Дарлан Лопес жив 29 лет - играет в мини футбол. Не вампир. С Калафатом тоже весело. Город в Румынии. Страна многообещающая, город никак не связан с вампирами. Ещё Михаил пятый Калафат правитель Византии. Ослеплен умер в 1042. Он очень подходил. Годы примерно те. Да ещё восстание 3000 тысячи трупов. Думал там порезвился кто-то, устроил знатную охоту и где-то залег в норе. Лично слетал – никаких следов энергии вампиров. Обычная бойня за власть и дикость. Ещё оборудование и такси. Короче до наших дней никакие энергетические следы, связанные просто с именами, не дошли. Или дедуля постарался, оборвать. Надежда только на тебя. А где остальные? Как они восприняли приглашение на человеческую тусовку, – выяснил Келсиос.