– Бонус за хорошее обслуживание, – улыбаясь, объяснил он, порадовавшись их зажатому в тиски восторгу, прикинув, как радовалась бы Тарья.
Выйдя на улицу, вампиры посмотрели друг на друга, и хохот освобожденных узников прокатился над лесом и трассой, отдаленным рокотом лавины. Человеческого оставалось в них совсем немного.
– Ну, и как вы думаете вернуться в дом с таким ароматом. Давайте потихоньку в сторону леса, – предложил Келсиос.
Четыре высших вампира растворились в темноте. Неслись они с предельной скоростью, не разбирая дороги, им просто хотелось двигаться.
Не договариваясь, вампиры остановились у водопада, они любили воду, как и огонь. Вода могла смыть и уничтожить, огонь мог сжечь и уничтожить. Непреодолимое желание избавиться от запаха физиологии, бросило их в озеро, образовавшееся рядом с водопадом.
Келсиос крикнул Агостону.
– А ну братец, раскидай там завал, давай, ты у нас знатный любитель неживой природы и флоры.
– Ага, фауной я питаюсь, и, правда, озерцо мелковато, – согласился высший вампир.
Агостон вместе с Белисаром метнулись к истоку, и через пару минут, вода, снося камни и бревна, устремилась вниз.
– Ну, что рад, угодили? – спросил Агостон, позволивший смыть себя потоком и сейчас вынырнул из воды.
– Рад, – ответил Келсиос.
Фоас и Келсиос присоединились к Агостону и Белисару.
Если бы кто-то этой ночью оказался у водопада и озера он бы лицезрел, как четверо мужчин с нереально белой кожей и античными фигурами купались в кромешной темноте, небо этой ночью укуталось темной пеленой скрыв луну и звезды.
Ледяная вода обдавала такие же ледяные тела. С великолепной грацией четверо мужчин ныряли в озеро, образовавшее под водопадом, и смеялись как дети. Брызги разлетались в разные стороны. Они любовались друг другом. Удивляясь странной близости и полному отсутствию стеснения или неудобства.
– Фоас, а ты любил? – задал Келсиос волновавший его вопрос.
– Нет, я бесстрастный монстр, – ответил Фоас.
– Потому все девушки и умирали. Ванда поделилась своей кровью, а взамен взяла яда ровно столько, сколько ей понадобилось. Чтобы испытать то, что ей хотелось и не умереть. Каюсь, не спросил и первый шаг сделал я. А когда такие женщины просят сами или соглашаются с первого раза? Первый раз без насилия почти невозможно. Её слова игра, – ответил на вопрос отца сын.
– Завидую я тебе, два первых раза, – без зависти в голосе сказал Фоас. И добавил, – вы невероятно подходите, друг другу и невероятно чувствуете, что кому и когда понадобится. Потому так легко прощаете. Ты не представляешь, что она тебе простила, – в голосе Фоаса прозвучал неподдельный ужас.
– Представляю, – ответил Келсиос.
Фоас заглянул в его чистые коричневые глаза, они поманили отца, и он соскользнул в бездну, в ней он увидел сердце Келсиоса пылающее черным огнем, и первый раз не выдержал взгляда сына. Ещё глава семейства услышал мерные щелчки таймера. Фоас убедился – Келсиос знал больше, чем мог вместить.
«Таки финиш. Тарья гений».
Скрыл свою мысль Фоас.
Вдоволь нарезвившись, оставив вещи на берегу, вампиры нагими понеслись через лес. Поднималось солнце и их тела начинали сиять в его лучах. Их сияние набирало силу. Когда вампиры приземлились перед домом. Тарья завизжала от восторга. Хиония молча, внимательно окинула томным взором мужчин, и ужаснулась, ни один из четверых красавцев, не разбудил в ней желание.
Её мертвое сердце болезненно сжалось, вампирша хотела только Клефа, боясь признаться себе тем более кому-то из этих высших вампиров, особенно Фоасу, державшему её в заточении.
– Настоящий вампирский мальчишник. Явились под утро, абсолютно голые, признавайтесь, вы задали жару этим польским пани? Или сожрали их вместе с сутенерами, а домик сровняли с землей. Давай открывай секрет, кто смелый? – спросила она отца и братьев.
– Купались в водопаде, спасибо, ты все видела в виденьях, – ответил за всех Келсиос.
– Как всегда, пожалуйста, но это уже не сектор приз тринадцать ноль в мою пользу. Надо потихоньку выкупать себя из рабства, – вздохнула Тарья.
– Десять ноль бери, не жалко, хотя предупреждать надо, от первой части я бы с восторгом отказался, неужели ты думала, что у кого-то что-то поднимется? – спросил он сестру.
– Тщательно проработанный сценарий, без первой части не случилось бы второй, – ответила Тарья.