– Я что-то не помню, какие слова произнесла перед…, ну сам понимаешь…? – задала она страшный вопрос.
Келсиос испугано посмотрел на Ванду. Но заметил, она шутит. Перед ним сидела счастливая живая Ванда, его жена по всем законам во всех реальностях и цивилизациях.
Высший вампир не весело подумал, уже в который раз за день о её человеческой смерти.
«Похоже, список случайностей закрылся таким феерическим аккордом. Все произойдёт сознательно, и по самому жестокому сценарию. Ну и пусть. Обещание, что она доживёт до свадьбы, я выполнил. Все оказалось не так страшно, человеческая брачная ночь ерунда. Посмотрим, для чего ей это понадобилось?»
– Ты попросила, иначе я не посмел бы, а слова забыл, – ответил вампир, вложив максимальную искренность в текст, и продолжил игру.
– Врешь, как всегда. У вас склероза не бывает. А так… очень сложно, себя контролировать? – Ванда не поверила в его забывчивость и задала действительно важный вопрос.
– На редкость легко. Ты создана для меня, – ответил он жене, понимая, она опять идёт по парадоксу и сейчас он узнает, зачем ей понадобился человеческий секс с вампиром, но как всегда ошибся.
Ванда подошла к Келсиосу.
– Разрешаешь? – спросила она вампира.
– Всё что угодно. Когда я тебе отказывал? – картинно обиделся супруг.
Подвоха он не ожидал.
Она положила невесомые руки на его шею. Горячие перья на миг обожгли кожу. Келсиос почувствовал, как расслабились его мышцы, как потух огонь и жажда, как ушла боль и её горячие губы буквально впились в его губы. Ванда отгородилась от него щитом. Не пуская сквозь него все, что может вызвать жажду и боль, закрылась от его вампирской физиологии и вампирской сущности.
– Келсиос я хочу тебя, – прошептала она и её слова прозвучали внутри его сознания.
Келсиоса больше ничего не сдерживало, их тела сплелись в танце любви. Исчезли видения, ощущение, осталась страсть в чистом виде, а потом наслаждение, которое длилось и длилось, пока усталость не остановила их.
Ванда отстранилась. Боль, жажда, огонь вернулись, но для высшего вампира возвращение привычного состояния, не имело никакого значения. Если бы сразу после этого он оказался в аду, воспоминания о нескольких минутах почти человеческих отношений, скрасили бы пребывание там долгие столетия.
– Келсиос, вот это в моем понимании попросить. Правда, не уверена, что сумею так каждый раз, или решусь на такой эксперимент ещё когда-нибудь, – честно призналась жена, отстранилась и, пошатываясь, направилась в комнату. Келсиос попытался ей помочь, она жестом остановила его.
– Оставь, я больше не вынесу ни одного прикосновения, очень устала, никогда не думала, что удовлетворить вампира так сложно, – вымучено пошутила Ванда, а высший вампир подумал:
«Непревзойденный игрок. Дождалась, пока выложу все козыри, просчитала и достала вторую колоду. Получила максимум, даже то, о чем я ещё не знаю. Интересно, что она отдаст?»
Келсиос муж хорошо знал свою жену, восторг потихоньку заполнял его сущность. Вампир понимал скучать не придётся, она никогда не жалела себя для него, как и он себя для неё.
Глава сто семьдесят четвертая Свои положенные тридцать медовых дней я получу или второе условие при обращении
Мысли Келсиоса о человеческой реальности Ванды отличались от вампирской. Кружась по особняку, он ждал, когда она выйдет из спальни. Привычные страхи вернулись.
Он не сомневался, полученное ним, неоценимо, и это на грани её физических сил и возможностей, вспомнил, как она буквально умерла, после посещения Холайе, и начал прислушивался, не повторяется ли такая же история. Ему захотелось схватить любимую и унестись поближе к Фоасу к семье, где бы Ванду защитили от него от его любви и страсти и от неё самой. Ему захотелось, чтобы за стенкой находился Борис или Фоас, и природная скромность Ванды сдерживала бы её страсть и желания. Потом качели качнулись в другую сторону.
«Как объяснить, что ей некуда торопиться? Надо спросить, не согласится ли она сократить медовый месяц, например, до недели. Проклятая судьба, предложила самое изысканное оружие. Конечно, ты не убьёшь Ванду мгновенно, ты будешь убивать её день за днем и смотреть в её благодарные глаза. Инстинкт самосохранения не сработает, она отключила его полностью».