– От любимых студентов не ожидал я такого подвоха. Да бог с вами. Карьеру скромного, провинциального преподавателя, придётся похоронить. Наслаждайтесь панибратством. Понимаю сговор, намекнете, когда усвоите урок. Надумали смутить глубокого старика, наивные жестокие детки. От преподавательства не так легко избавиться, талантливый педагог должен оставаться талантливым во всем, Ванда детка, тебе придётся мне помочь, как жене преподавателя по призванию, – очень серьёзно со вздохом сказал высший вампир, тоном столетнего старца.
Келсиос встал, чётко рассчитал угол, под которым на них будут смотреть сидящие. Не понятным движением помог подняться Ванде и прижал её к себе, их губы встретились. Поцелуи видели все и представляли сотни раз, целовались сами. Как бы там ни было, целомудренных среди собравшихся искать, не стоило. Казалось бы, что нового они могли увидеть или узнать. Ванда немедленно ответила на прикосновения Келсиоса желанием наполненным восторгом и любовью, их страсть все ощутили физически, к их взаимной страсти хотелось прикоснуться, она не вызывала неловкости или стеснения. Это именно, то чего не ожидали увидеть детки затеяв жестокую по их меркам игру.
Любовь и взаимное желание Келсиоса и Ванды, заставили всех пожалеть, что они принадлежат к человеческой цивилизации и никогда не познают страсть в чистом виде, без гормонов и физиологии. Все опустили глаза. Кроме Андрея. Непонятным движением Келсиос вернул Ванду на место. Откуда молодые счастливые люди могли знать, Ванда и Келсиос не пользовались оболочкой под названием тело, а энергию люди не видели. Их реакция была человеческой.
– Высший балл Андрею, – подвёл итог Келсиос, – по этому предмету. По истории и иностранному языку всем остальным. Извините, но даже Фёдор знает язык на уровне института иностранных языков. Это вам мой подарок на нашу с Вандой свадьбу, – завершил карьеру скромного провинциального преподавателя Келсиос.
– Вы, правда, уволитесь? – голос принадлежал Сергею. Ехидный тон исчез.
Им всем стало неловко. Продолжал работать закон сеянья и жатвы.
– Неправда, я уже уволился. Мы уезжаем, – ответил Келсиос, они получили право назвать его по имени, правда, воспользоваться этим правом студенты уже не успевали.
– Далеко? – спросила Марина.
– В нашей семье такая проблема отдается на откуп моей сестре Тарье. Куда прикажет туда, и уедем, – туманно ответил бывший преподаватель иностранной словесности и истории.
– Ну, вы даете, Ванда ты университет вообще оканчивать думаешь? Уговорила бы мужа остаться ещё на пару лет, отметили бы выпускной, и прикол преподаватель муж, жена прилежная студентка, – предложил Фёдор.
– Тебе же сказали, не он решает, – подала голос Даша.
– Не ссорьтесь, – примирительно сказала Аркадия, – Я за тебя рада, хоть ты, Ванда не утонешь в беспросветной тоске. А насчёт университета я думаю, ты его в Хусте заканчивать и не собиралась. Не представляю, что тебе делать в провинции. Я и то поеду в Киев, а у тебя весь мир в доступности.
Аркадия выглядела растерянной углубленной в себя. Ванде стало, её жаль, судьба, Аркадии лежала на поверхности, девушка догадывалась, о своей участи, и принимала её безропотно. В Аркадии запустился механизм самоуничтожения.
– Прикинь наши предки, здание университета освятили, пристройку снесли и все вывезли, до последнего кирпичика, говорят под фундаментом нашли скелет, давнишний, решили из-за него все несчастья, – доложил Фёдор.
- Все так просто объяснилось, - поддержала его Лидия.
- Мои сказали, если ещё какой такой случай, переведут в другой город, - продолжил тему Николай.
- Все закончилось, - успокоила скорее себя, чем окружающих Лидия, она боялась, что Николай действительно уедет.
«Зачем я воевала с ними, не мой масштаб, идиотка, младенцы до детей ещё не дотянули. Это, то о чём предупреждал Келсиос, потому и наложено табу на вмешательство в энергию людей. Почти четыре месяца полу бредового состояния, так я знала, моё состояние сознательный выбор. Ни Залиникосам, ни мне среди людей делать нечего».
Ванда вспомнила своё состояние от первого соприкосновения с энергией Келсиоса, и невольно сжалась в комок.