– А мама не рассказала? Мы с Келсиосом муж и жена уже четыре месяца. Белисар все оформил после помолвки на следующий день, – объяснила всем присутствующим свой статус Ванда.
– Вот так-то Алексей, мы с тобой коньяк на кухне жрали, а люди решали вопросы.
Борис обнимал дочь за талию. Мысль как устроен корсет, не давала покоя.
– Тарья, скажи, как архитектор архитектору, как он устроен? – спросил градостроитель.
– Борис, – она, почти не касаясь, переместила его руку на талии Ванды, – чувствуешь.
Борис нащупал тонкую гибкую проволоку.
– Да, – обрадовался он.
– И веди по проволоке, – Тарья зашлась от удовольствия. Глядя, как Борис постигает её мысль.
– Умно, по такой технологии любой небоскреб выстоит. Постой так и этот купол по такой же технологии? А как ты рассчитала это же ветки разной длины и веса. По идеи они должны завалиться и превратиться в кучу хвороста, площадь огромная, да и высота метров двадцать, – сделал открытие Борис.
– Я всегда тобой восхищалась. Ванда любит лес, у неё с ним доверительные нежные отношения. Мне хотелось что-то этакое невероятное, как и она. Зачем рубить живое, когда материала валом. А купол держит разница температур, – дала малонаучные, вернее абсурдные пояснения Тарья.
Келсиоса захлестнула безысходность. Боль и жажда показались легким недомоганием, по сравнению с необходимостью объяснит себе, что он не может сделать Бориса одним из них.
«Это то, что испытал Фоас, когда впервые встретил Ванду. Невыносимее всех известных пыток. Аналогичную жажду испытывает Холайе. Он потому и создает боевиков, а затем убивает их. Жажда создавать себе подобных, намного сильней, присущей вампирам жажды крови, и боли от невозможности утолить эту жажду.
– Фоас, что можно сделать? – обратился он к отцу.
– Ничего, абсолютно ничего. Даже пробовать опасно. Получишь тупого низшего вампира, придётся держать в клетке втайне от Ванды. Куда его? Холайе на растерзание? – задал отец сыну невыносимый вопрос.
– Неужели все так безнадежно, – опять обратился он к отцу.
– Ещё безнадежнее, чем ты думаешь, даже при благоприятных обстоятельствах не угадаешь, кого получишь. Прости, – ответил сыну создатель, намекнув на более насущные проблемы, чем создание вампира из отца любимой жены».
– Грандиозно, – сказал, нечего не подозревающий Борис.
Ему в голову не могло прийти, как два молчаливо стоящих монстра один рядом, а другой в противоположном конце зала, решали его судьбу, так как хозяйка, решала судьбу только, что родившегося у её любимицы котенка. Борис, естественно не догадывался, до конца вечера он выживет. На самом деле его дальнейшую судьбу уже предопределили по милости.
– Бери, идею дарю, расчеты приложу. Если ты сможешь в них разобраться, это простенький проект выполнен на глазок, без особых усилий, - поделилась информацией сестра жениха.
«Не рассказывать же ему, что я просто вижу, как все сложить, чтобы оно держалось, и как Ванда, используя твою энергию, держит это платье»:
Мысленно пожаловалась Келсиосу сестра.
– Обещала, выполняй, ты же умеешь, развлечешься, нарушение правил, а что сегодня по правилам? – подбодрил её Келсиос, идея в корне ему не нравилась.
Все уже давно сидели за столиком в лабиринте из полупрозрачных тканевых ширм. Ванда пила кофе, Борис налил всем коньяк. Тарья что-то быстро записывала на неизвестно где взявшихся листах.
Глава сто девяносто четвертая Где свили гнездышко молодожены, или усталость от ожидания
Келсиос отставил бокал с коньяком, Ванда чашку с кофе, Тарья положила сложенный лист в карман пиджака Бориса. Алексей и Андрей с восторгом слушали Белисара, коротко отвечающего на их вопросы. Карина и Наташа, пробовали вести светскую беседу.
– Вы с Люсьеной дружили? – спросила Наташу Карина.
– По молодости да по бедности. Пока наши мужики поднимались, дружили. Десять лет не виделись. Давай сменим тему. У вас с Борисом серьёзно? – пресекла её любопытство жена юриста.
– С моей стороны да, – ответила Карина.
– Сложный человек. Случайно не знаешь где свили гнездышко молодожены? – спросила Наташа, муж вряд ли бы ответил на её вопрос.
Пара выглядела более чем странно и её душило любопытство.
– Борис не спрашивает. Ванда молчит. На фоне острова могут поселиться где угодно, – ответила Карина, лелея надежду, что они не примут решение жить с ней под одной крышей.
Келсиос и Ванда выскользнули из-за стола. Белисар увлек Андрея и оставил его у столика молодежи.