В отличие от других гостей стол с Кариной, Наташей, Борисом и Алексеем не исчез в лабиринте. Наоборот все они могли видеть перемещение Ванды и Келсиоса. Это была шутка Тарьи, ей хотелось, чтобы Борис побыл с Вандой дольше, их столик буквально преследовал жениха и невесту, но никто не мог заметить, как такое происходит, просто они не знали куда смотреть.
Все так и получилось, мужчины пили коньяк и слушали беседу женщин.
– А вы где пристанете? Или останетесь жить в глуши, Борис вроде проект с замками закрыл и городок достроен? – спросила Наташа.
– Борис настаивает на Киеве, я привыкла в провинции. Воздух, горы, лес, но это не аргумент для него, – ответила Карина.
– В столице сложнее и проще, – отметила Наташа.
– Какое-то время ещё поживем там. Алексей пьёт? – спросила Карина, она видела муж её новой знакомой начал перебирать лишнего.
И по внешнему виду супруг Наташи относился к ухоженным благородным алкоголикам, пропивающим своё здоровье, находя оправдание алкоголизму.
– Пьёт, последнее время, меньше. Работа вредная. Зато твой любовник трезвенник, – поддела она Карину.
Женщина рассмеялась, проглотив шпильку.
– А ведь мы с Борисом по пьяни сошлись. Как вспомню, интересно, если бы он тогда не нажрался до последней степени сидела бы я здесь? – вспомнила Карина ту странную ночь в кресле, у постели одного из самых вожделенных женихов в их кругу.
Хиония кружилась в медленном танце с симпатичным мужчиной лет сорока. Улыбнулась, сидящим за столом Келсиосу и Ванде.
– Озвучить её мысли? – предложил Келсиос.
– Обыкновенные ничем не примечательные мысли, ты прав, не показав мне, о чем она мечтает, – отказалась она.
– Ты читаешь энергетический поток? – спросил Келсиос.
– Держи карман шире, меду налью. Я раньше её глаз не видела, а сейчас она почти нормальная. Всех поиметь не успеет, пир закончится, – отметила Ванда и заметила Михаила и Петра.
Они выглядели напряженными, отслеживая пространство.
Келсиос первый подошёл к ним.
– Я не поблагодарил вас, за вмешательство, в не совсем вашу войну, – начал он.
– Это неважно. Свою часть удовольствия мы получили. Судя по пустым местам, вы ждете гостей? – отметил медведь-оборотень.
– Ждем, но с миром, – ответил вампир.
В беседу вступил отец Петра.
– Пребывал в уверенности, вас хватит на поздравление не больше, – высказал удивление Михаил.
– Так вы не только гостей отслеживаете? Все меняется. Продолжаешь ненавидеть? – поинтересовался Келсиос у старейшины клана медведей-оборотней.
– Сложный вопрос. Вроде не за что, хотя это вы создаете эту низшую погань, убивающую людей, хотя и не вы. Процесс запущен не вами, – растерянно ответил Михаил.
– Остальные умеющие обращаться в медведей, тоже приехали и находятся где-то поблизости? Пригласи их в зал, – проявил радушие хозяин застолья.
– Они здесь не для этого, у меня с ними свой расчёт. Что делать простым деревенским парням среди этих людей? – отказал Пётр.
– Как хочешь, – ответил Келсиос согласившись, если Тарья не сочла их нахождение за столом необходимым ему настаивать, бессмысленно.
– Не подумай ничего, они прочесывают лес, этот ваш вампирский родственник, кто ему помешает приволочь толпу голодных низших, – от слов медведя веяло земным обыденным расчетом, почти как от рассуждений Агостона.
– Холайе играет на ваших и наших нервах. Ему интересен предел терпения и контроля. Никто не мог предположить, о подарке Ванды в день свадьбы, – объяснил Келсиос, многочасовое присутствие вампирской семьи среди людей.
– А без подарка? – поинтересовался Михаил.
– Первый вариант просчитывался без подарка. Михаил, мы старые монстры, Фоас на несколько сотен лет старше тебя. Но за заботу благодарю, – сказал вампир.
Пётр относился к молодым монстрам, любопытство заполнило его мысли, он думал, о каком таком подарке шла речь.
– Дождемся дорогих гостей. Ты все узнаешь лично от меня, если останутся вопросы. Веселитесь. Лично я решил пригласить Ванду на танец, – прервал беседу Келсиос.
– Извини, я решила тебе отказать, я не умею танцевать, – отозвалась Ванда.
– Сегодня все для тебя как прикажешь, хотя со мной танцевать у тебя получилось бы и легко, – согласился покорный супруг, указав на упущенную возможность пройтись в танце.
– Михаил, признайся любить людей вам также сложно, как и нам? – спросил Келсиос, он где-то завидовал этому виду монстров, они могли не убивать людей.
– Людей любить сложно, согласен, но нам легче скрывать свою ненависть. Из их среды мы берем жен, и мы не питаемся исключительно кровью, мы в обращенном состоянии можем вообще не питаться. Сейчас человеческая еда не проблема, это раньше, когда голод или войны, приходилось подолгу жить в обличие медведя и промышлять, но и в таком случае на людей охоться необязательно, – ответил Пётр.