Семья Залиникосов разместилась за столом в центре зала, пятеро гостей находились поодаль и за стол проходить не собирались. Четверо замерли без движений, когда говоривший покинул группу безмолвно стоящих людей и приблизился к столу.
– Человек, контролирует, пять высших вампиров, и охотника, как? – с недоверием пропел Холайе.
– Фоас, у тебя с ним связь как с детьми, – задала вопрос Ванда высшему вампиру.
– Да, но только с ним, – ответил и уточнил он.
– Для фокуса хватит. Холайе, сколько тебе лет? – без связи спросила Ванда
– Две тысячи, почти, – поправил сам себя древний вампир, вопрос всколыхнул его энергию. От Фоаса не скрылась странная реакция.
– Тогда ты видел много чудес. Внеси в копилку. И почему не называешь полный возраст? Я точно выяснила склероз не ваша болезнь, должен помнить до секунды, – упрекнула вампира девушка.
Ванда добавила его имя в мысленный список. Холайе, поднес руку к сердцу, со стороны могло показаться, что гостю от избытка чувств сделалось нехорошо. Четверка, невозмутимо застывшая поодаль, мгновенно качнулась в сторону главы семейства. Лица женщин исказила гримаса ненависти. Но приблизиться они не посмели, они ждали приказа. Приказ не последовал ни на каком уровне.
Наоборот Холайе, остановил их жестом. Пётр и Михаил заняли места за спинками пустых стульев, предназначенных именно для гостей.
– Ангел, – спокойно сказал Холайе, отследив оборотней, – Молодец подготовился, я семьёй по приглашению, а у вас тут не ресторан, а цитадель, рассчитывать на радушие не приходиться, – упрекнул он Фоаса.
– Не сердись, на оборотней, они живут своей жизнью. У них долг передо мной, так что…. И ты ошибся, я не Ангел, – продолжила беседу девушка.
– Никто из вас мне не доверяет, я что обидел или напугал тебя, в прошлое своё посещение, мои давние споры с Фоасом к тебе не имеют никакого отношения, – проныл Холайе.
Ванда не отвлекалась на пустяки, она уже давно ответила себе на вопросы и пропустила мимо ушей и его текст, и его тон.
– Извини. Фоас с Келсиосом не смогут тебя долго держать, минут пять семь, энергетическая связь слабая, сам постарался, положил не одну сотню лет. Иметь такой поток и так бездарно распоряжаться. Твоя семья выдержит, – пожалела она высших вампиров, вынужденных терпеть насилие со стороны главы семьи.
– У них нет выбора, это у вас тут мораль и жалость и нас закон и необходимость, – ответил древний монстр и лучезарно улыбнулся.
– Так почему не называешь полный возраст? – повторила Ванда вопрос, не заинтересовавшись ответом на первый.
– Мне достаточно знать, что такое бывает. Омерайе, боль и жажда исчезла, впервые за две тысячи лет, – он в очередной раз проигнорировал её вопрос, о возрасте, настояв на первоначальном ответе.
Со стороны могло показаться, они говорят с другими лицами, а никак не между собой.
– Присаживайся, побеседуем, не откажи, девочки потерпят, голодными они из дома бы не вышли, я запомнила правило, тем более ты только что сам его подтвердил, – предложила Ванда.
Агостон поднялся, уступив ему свой стул. Холайе занял предложенное место, не глянув, что за спиной остановился Агостон. Келсиос захлебнулся страхом и ревностью. Семья Залиникосов, оторопев от происходящего, не двинулась с места. Никто из них не потерпел бы за спиной другого вампира, но Холайе потерпел и заговорил первым.
– Мы ищем старейшин, не утруждайся, не ищи ответы в моей энергии, я подготовился. Очень энергозатратный процесс, чью бы энергию ты не ухватила, не получится. Я проанализировал и разобрался, прошлый раз ты круто пошутила со стареньким монстром. Побереги силы, для брачной ночи, – ехидно намекнул он на цель любой свадьбы.
– Холайе, я и сама с собой плохо знакома, давай не зарекаться и предугадывать, просчитывать потенциал друг друга, – предостерегла она высшего вампира.
– Вампиры редко повторяют ошибки, если ты задержала меня для выяснения информации на уровне энергии, тогда я просто уйду, – заверил её вампир.
– Я, как ты заметил, живу с вампиром, насчёт ошибок знаю, так проба новых способностей. Прости мне человеческое любопытство. Щит надежный, молодец. Нет, не для этого, ты мне интересен, захотелось поговорить со всезнающим существом. Две тысячи лет, я всегда любила учиться. Надеюсь, ты заметил, я тоже подготовилась, и говорить в энергетическом потоке тебе на этот раз не удалось, – вернула она ему любезность.