Вещи были собраны и в доме убрано мгновенно. Ванда, не обращая внимания на внутренне сопротивление Келсиоса, улеглась на заднем сиденье Майбаха Фоаса, укрылась пледом и мгновенно уснула. Беседа с Холайе рвала на части её энергию.
Келсиос исходил своими мыслями, света в них тоже не наблюдалось, его энергия шла вразнос, провоцируя на внутренний монолог:
«Зачем она рассказала всем о своей уязвимости, какого беса. Месяцы, она сегодня ушла от людей, и я не заставлю её жить среди них. Прекрасно, толпа вампиров и один человек. Она намекнула – операция заставит меня жить в тихом ужасе ещё несколько лет. Ванда рубит концы, отсекает всё, что может продлить её человеческое существование. Подталкивает в спину вампира труса, отказавшегося от подарка на свадьбу, преподнесенного любящим дедушкой».
Ещё Келсиос подумал, этот отказ нужнее Ванде, последний вопрос, заданный Вандой Холайе, не давал покоя ни ему, ни Фоасу. Он хорошо знал свою жену, она правил не выполняла, и подарок получила. При желании, любимая жена, могла заставить Келсиоса принять его. Отказывать Ванде высший вампир так и не научился, тем более ему пришлось бы отказать и себе самому.
Зубы Келсиоса щелкнули с металлическим звуком. Фоас не спрашивая, направился к автомобилю Келсиоса и занял место водителя.
Проехав половину пути, все ощутили, привычное состояние боли и жажды вернулось. Пир окончился по-настоящему.
«Предел»:
Прозвучала коллективная мысль.
Вернулись их привычные ощущения, вожделенная мечта жить без них сбылась, и оказалась не такой радужной, они радовались возвращению к привычному состоянию. Взаимное проникновение на энергетическом уровне, при почти стертых гранях оказалось невыносимым, и по силе негативного воздействия превышало боль и жажду
– Похоже, без пыток в пределах человеческой цивилизации жизнь, для таких как мы монстров не предусмотрена, – озвучил очевидный факт Белисар
– Брат — это твоя цена за отсутствие привычных пыток? Зря я радовался, не все так великолепно, – прогудел вампир палач, обратившись к Келсиосу.
Агостон, как отшельник перенес вмешательство в свой энергетический поток больнее всех и сейчас радовался привычному состоянию, жалел брата и мечтал, как можно скорее попасть в нору и даже углубить её, он мечтал дорыть нору до подземной реки и попробовать жить в воде под землей.
– Нет дискомфорта, я не испытываю. Наверно какой-то блок, она скрывается от меня сама, – ответил он Агостону, зная, брат не станет вникать в мудреный текст.
Вампиры устали, забыв тот факт, усталость до недавнего времени не присутствовала в их вампирской реальности. Автомобили летели на предельной скорости, семья беседовала, такой пустяк, как нахождение в разных автомобилях, помешать беседе не мог.
Вся семья Залиникосов водила одинаково быстро. Продолжительность путешествия ограничивалось предельной скоростью. Высшие вампиры вернулись в Хуст, в их дом по середине векового пралеса.
– Ванда, мы приехали, – тихонько тронул её за плечо Келсиос, выполняя команду не таскать.
– Хорошо, – она выбралась из автомобиля, и ушла к себе, где опять уснула.
– Ты великолепно провёл медовый месяц. Вернее, два, сейчас именно та часть сказки, на которой она обычно обрывается, долгая счастливая жизнь после свадьбы, – циничная оценка звучала из уст Тарьи, почти беззлобно.
– Если бы не последний аккорд. Я рассчитывал и на третий медовый месяц, но похоже такая мечта не сбудется, – печально отметил упущенную возможность Келсиос.
– Ощутить, что тебя покинули боль и жажда, это примерно, как выскочить из чана с кипящим маслом и осознать, что на тебе нет ни одного ожога, оказаться в котле опять ещё тот кайф, – начала издалека Тарья.
– Верю, я играю в такую игру постоянно, а как насчёт энергии? – поинтересовался Келсиос.
– Притерпеться можно. Отец, девушка не может воевать с Холайе и его семьёй сама, – охарактеризовала Тарья свои ощущения и высказала мнение, обращаясь к Фоасу.
– Зачастил к нам дедушка, надо что-то решать, – согласился Белисар, после битвы вампир воин остро ощущал свою вину, а после подарка странной девочки, оказался дезориентирован.
– Холайе не выходит на войну с нами. Найдите способ заставить его перейти в плоскость открытой битвы и именно с нами, и положимся на волю случая, – предложил Фоас, он давно жил и хорошо знал, победы одержать без вмешательства фатума не удастся – пять на пять.