– Заткнись и пойди, поищи моющие средства, мы их точно оставляли. Если не оставляли, мотнись и притащи.
Тарья не любила, когда обсуждались, да ещё в уничижительной форме, её пристрастия.
– А где Фоас, Белисар и Келсиос? – потеряв их из виду, спросила Ванда.
– Они убираются в гараже. Обычно это их работа, – пояснила Тарья.
– Разве не Агостон у нас механик? – спросила Ванда.
– Механик. Думаешь, что-нибудь от автомобилей тех времён подойдёт к этим. Мы потому и не оставляем больше автомобилей. Возни много с утилизацией. Ненужные, устаревшие и просто надоевшие лучше бросить посреди города пусть угоняют. Я даже угонщиков приманиваю, – признался в своей игре Агостон.
Ванда вышла на улицу. На кучу хлама образованную стараниями Агостона, слетались ненужные вещи из гаража. Куча заметно увеличилась. Гараж полностью опустел.
Келсиос подключил шланг, облив стены моющим средством тех времён, мыл гараж. Мыльная вода текла под ноги. Белисар намыливал стекла с улицы Агостон мыл стекла внутри дома. Нереальность накатывала волной. Все двигались с невероятной скоростью. Ванде её движения казались движениями пластиковой куколки, плывущей в глицерине.
Ванда не успевала уследить, за большей частью перемещений.
– Все намылил, давай смывай, – пропел Келсиос
Вода смывала мыло и грязь. Агостон протер стекла и по порядку закрыл все витрины.
Фоас наводил порядок в доме.
– Ванда, не волнуйся, у нас мужчины, делают всю работу по дому. А где им разминаться. Войны и те уже интеллектуальные. Семья Холайе явилась, и что завязалась драка? Пусть трут. Мы начнем украшать, – обрисовала перспективу Тарья.
– Келсиос мне поведал, кто у вас занят на уборке, – ответила девушка.
Агостон тщательно протер стены и пол в гараже насухо.
– Стоп скомандовала Тарья, едут.
Все услышали звук приближающегося автомобиля, опустились на землю и обрели вес. Во двор въехал фургон.
Кряхтя, упираясь и тихо ругаясь на румынском языке, грузчики заносили вещи в дом. Ванда невольно улыбнулась, Тарья приложила палец к губам.
– Так мы и до следующего утра не вселимся, – решил прекратить их пытки Белисар. Он заскочил в кузов фургона. – Давайте я вам помогу. Я с братом буду подавать вам, а вы несите вещи до порога. Фоас и Агостон занесут их в дом.
Грузчики расслабились. И разгрузка пошла быстрее.
Белисар заставил их не видеть очевидного. Приехал заказ из супермаркета и наконец, зачем-то приехал слесарь. Скорое всего его вызвала фирма, продавшая им стиральные машинки, чтобы он подзаработал.
– Простите, мы пока не будем устанавливать машинки, оставьте номер мобильного, когда подготовим место вызовем вас, – проговорил Белисар, взял из рук мужчины визитку и вручив купюру.
Слесарь уехал вместе с курьером.
Воцарилась тишина.
Все переглянулись.
– Одно лицо. Помните его деда, сказал – Фоас.
Ничего не делая, Ванда валилась с ног.
– Вселяемся, – скомандовала Тарья.
Дом преобразился. Все сверкало, пахло свежестью и духами от Тарьи. Работали новые холодильники, уютно ворчали стиральные машинки Тарья решила сохранить рванину, отчасти назло брату. Кондиционеры поддерживали приятную температуру. Накрытая салфеткой на столе стояла еда.
– Ванда, твоя комната на том же месте с кроватью и камином, – поставила её в известность влюбленная в неё сестра.
Пока Ванда ела, семья предавалась воспоминаниям.
– Фоас, это одно из мест, из которого мы уезжали спокойно. Собственно, как и из Хуста. Думаю, Борис шум не поднимет. И дом уцелел, – начал беседу Агостон, только он по простоте душевной мог упомянуть отца своей будущей сестры.
– Ваши дома во всех странах одинаковые? – спросила Ванда, пропустив упоминание об отце.
– Примерно, мало того, что приходится каждый раз начинать все заново, так ещё и к интерьеру привыкай. Мы не предаем этому значения. Да и дома находятся далеко не во всех странах, а только там, где сохранились большие необитаемые участки, надо же где-то прятаться от запаха людей, надеюсь ты понимаешь, близкое соседство удовольствия нам не приносит, – ответила Тарья, зло, сверкнув глазами в сторону Агостона, она злилась на него за упоминание отца Ванды.
– Тоска, я бы на вашем месте архитектуру меняла, – высказала человеческое предложение девушка.
– Если так дальше пойдёт, придётся заниматься животноводством, ужас, свободного пространства все меньше, – печально сказал Агостон, извинившись одними глазами. – Кругом люди. Может мы, зря их не едим? Что толку от этих грузчиков, только под ногами путались. А так и еда, и мебель быстрее выгружена. И с животноводством можно повременить, такое впечатление, без дерьма на этой планете нельзя обойтись.