Всем стало смешно, как профессия забойщика скота преследовала Агостона по бесконечной жизни в земной реальности.
Фоас стукнул Агостона по загривку. Раздался тяжёлый удар как о камень. Агостон даже не отреагировал.
– Да, идеальный отъезд. Все подчищено, все легенды совпадают и недалеко, восторг, – подвёл итог Белисар.
– Так вы давно готовили отъезд? – без удивления скорее с благодарностью в голосе, выяснила девушка.
– Как только вы объявили о помолвке, – ответила Тарья и добавила, – это моя работа.
– Неужели Келсиос опять преподаватель, а я в университет? Племянница Тарьи или дочь Агостона? Не понимаю, что изучать, а подруг и друзей в стиле великолепной шестерки я не перенесу, – с ужасом спросила Ванда.
- Ты только намекни, мы их сожрем или запугаем, - немедленно предложил Агостон.
Девушка включалась в новую реальность, прикинув, раз дома одинаковые, и человеческие реальности вполне могут повторяться вечность.
Поверить в такой бред не хватало широты взглядов, но вопрос уже слетел, сейчас она жила в человеческой реальности.
– Все, кроме того, что ты моя дочь мне не нравиться, – ответил Агостон, опустив глаза, его уже мысленно отругали все за то, что он озвучил кровожадные желания.
– Нет, пару месяцев глубокого подполья, необходима передышка, – выказал своё пожелание Белисар, – Фоас, ты начнешь искать какую-нибудь клинику сразу или тоже перерыв?
– Какой перерыв, моя клиника уже два месяца в Румынии работает. Мне без работы нельзя, обязательства. И потом, вы же понимаете, доступ к банку крови. Это вы осмотритесь, кто куда, тем более у всех открылись более широкие перспективы без изнуряющей жажды можно попробовать себя в других профессиях. Вам есть чем заняться особенно Келсиосу, накопилось много работы в финансовом секторе семьи. Я возьму на себя непосильный труд обучить Ванду правилам нашей семьи и основам медицины. Возможно, она захочет стать доктором. Потенциал огромный знает, как жить без здоровья не понаслышке. Тряхну стариной. Ванда, доченька, ты же видишь, в семье ни одного последователя все поголовно жаждут крови, полная профнепригодность, – пожаловался доктор вампир.
– Она нажилась в клиниках, Фоас не смеши, я бы на месте Ванды освоила профессию тестера конфет или парфюмера, чтобы определить вкус конфетки необязательно её есть, в запахе все имеется, а в парфюмерии я её поднатаскаю, – предложила Тарья.
– И, правда, Фоас, на кой хрен ей твоя профессия? – согласился с сестрой Агостон.
– Почему, Фоасу нужен помощник, опять-таки, он посвятит её в правление миром. Что-то мне не верится, будто отец отдал треть своего капитала, для того чтобы Ванда нюхала конфетки и пузырьки с жидкостями. Не её масштаб. Два правителя трети мира. Его можно разделить на четыре, Холайе удавиться, – выдвинул свой проект Белисар.
Келсиос влюблёнными глазами смотрел на жену, меньше всего его беспокоили, перспективы карьерного роста, и поприще где бы осуществлялся этот рост. Он и Фоас знали, девушка уже правит их внутренней цивилизацией, не догадываясь об этом, а Холайе уже подавился.
– Келсиос, я заказала Ванде автомобиль, элегантный француз. Надоели джипы. Ванда такая нежная она возле джипа всегда не смотрелась. Знаю, самому охота, но с твоим вкусом я знакома. Гоночный бронированный Феррари. Он ей подходит, как и Хаммер, подаренный хозяйственным Агостоном.
– Спасибо. Мама настаивала именно на элегантности, отец настаивал на практичности, – вспомнила Ванда.
Тарья расстроилась, она не хотела запускать цепь воспоминаний.
Но в голосе Ванды звучала только констатация - никакого сожаления.
«Не желает ли она намекнуть – этот автомобиль последний»:
Подумал Келсиос и внимательно посмотрел на Тарью.
«Нет, прошлого она не видит, не думаю, что Ванда, специально для неё изобразила в мечтах марку автомобиля. Как же невыносимо ждать, вампир в ожидании, что-то нереально нелепое».
– Спасибо скажешь, когда ключи получишь. Конечно на глазах у изумленной публики приятнее, как организовать публику мы придумаем, со временем. Пока владей тайно, – успокоилась Тарья.
– Как называется элегантность, – решила порадовать Тарью девушка.
– Делаж, – торжественно объявила она.
– Согласен, я как-то не подумал, действительно элегантно, дорого, шикарно, подойдёт как нельзя лучше, – согласился Келсиос.