– Келсиос, ну и дитя у тебя загляденье, зеленоглазое, без единого изъяна на всем теле. Сейчас отмоется, приодеться мы в очередной раз ахнем, – восторженно прошептала Тарья. – Может, объяснишь, как такое вышло, кусал ты и шрамы у тебя. Совершенство.
– Тарья, не мучь меня, я понимаю не больше твоего. Мне кажется, её сущность сменила человеческое тело на более совершенное, в котором ей комфортнее, а главное безопаснее и ещё этот кафтанчик почти вечный. Любовь к максимальному комфорту врожденная, – сделал абсолютно правильный вывод мудрый отец и наставник, подтвердив мысли Фоаса.
Вопрос, в кого же она такая уродилась пока не нашёл ответа.
– Идеального отца сразу видно, никаких иллюзий. Другой бы мучился сам и мучил всех, на кого похож ребёнок. Чем кормить будем, папаша? На воде долго не протянет, я не могу вспомнить ни одного вампира, питающегося водой. А почему я не могу вспомнить, а потому, что таких вампиров до неё не рождалось, – пошутил без юмора в голосе Фоас.
– Придётся брать на охоту и пытаться, что-то решать по ходу действа, возможно, сработает инстинкт, – предложил недалекий Агостон.
– А если сбежит, – прозлобствовала Хиония.
– Не удержим, я даже не стану предпринимать попыток. Убьёт. Стопроцентная гарантия убьёт, – предупредил Белисар, уверенность сквозила в каждом его слове.
– Не удержим, она даже кусать не станет, вспомнит свои энергетические фокусы, вооружена более совершенным оружием. Цивилизация, прогресс. Дети идут дальше родителей. На охоту взять можно, но разве себя развлечь нервы пощекотать, – согласился Фоас, в голосе юмор не прозвучал.
– Пусть уходит. Вернется сама, когда придёт в сознание, сейчас к ней и Холайе не сунется, а сунется ему конец, – сделал вывод Белисар.
– Белисар, ты спокойно бился с головорезами Холайе, неужели она страшнее? – удивился Агостон, он ещё ничего не понял.
– В сотни раз страшнее, она так на нас смотрела, я вначале почувствовал, как она собиралась пройти сквозь наш боевой порядок, а потом ощутил, как подавила агрессию. Нет, и не просите её задерживать, пусть уходит, – озвучил второй раз свою позицию Белисар воин.
– А я попробую её обнять. Тем более в прошлых виденьях, я обнимала её вампира и оставалась жива, и ещё я ей должна она мне как вампиру доверяла и рисковала в разы сильнее, – радовалась Тарья.
– Она в человеческом теле легко блокировала твои виденья, что ей сейчас помешает навязать тебе их, вдруг обманный маневр? – предположила Хиония.
Вампирша не могла простить ей голосование, в результате которого, Фоас принял решение убить её, при попытке сбежать, и теперь она унижено ждала, когда семейство Залиникосов соизволит её отпустить. Ванда вампир устраивала охотника больше, появлялся шанс объявить войну, сейчас её надежда умерла, объявить войну ей бы не дали, но этот факт оказался не самым страшным, у Хиония не осталось сомнений – победить девушку она не сможет и уговорить не выйдет. Ванда ничего не забыла, более того не бросилась вон из дома в поисках крови. И опять вампирша сидела в клетке, без возможности выйти, опять ждала милости от полудохлого птенца, превратившегося в необузданного хищника, цинично улыбаясь иронии судьбы.
– Плевала я на твои предостережения, я ей верю, – беспечно сказала Тарья.
– Обнимай, посмотрим, что получится, - нехотя согласился создатель новорожденного вампира.
– Келсиос, правда, можно поцеловать твою девочку. Я так привыкла, ты меня отгоняешь, не верю твоим словам. А вы посмотрите на него, ещё не отошёл от отцовства уже в мужья подался, – поддела брата Тарья.
– Реальность изменилась, приоритет в этом вопросе за ней, только я как муж и отец имею больше прав, так что начинай считать очки в мою пользу за каждый шаг в её сторону, мелкая зараза, – напомнил он правила.
- Да нет, приоритет за Вандой, - напомнил Фоас.
- Отец, ты как всегда прав, но, если помнишь, ты уступил мне часть власти, так что приоритет за мной, во всяком случае пока мы разберемся в её сути. А на счёт питания. Она как обычно живёт за счёт моей энергии. Это безусловно не очень хорошо, но увы…, с охотой пока повременим, - ответил Келсиос.
- Ты уверен, в том, что энергетическая связь с тобой осталась на прежнем уровне? - уточнил Фоас.
- Однозначно, - заверил Келсиос отца.
- Эта информация ничего не стоит, сейчас Ванда отказывается от крови, посмотрим, что может произойти завтра, кто поручится? Вот так-то…, - предупредил всех Белисар.
– Реальность действительно изменилась, – серьёзно сказал Агостон и добавил, – Что-то её давно нет, и вода не шумит. Сбежала? Доболтались молодцы!
Они вошли в её комнату без приглашения и замерли. Ванда не обратила внимания на явное нарушение правил, она наслаждалась. Открыла стеклянную витрину и теперь неподвижно стояла на самом краю и смотрела вдаль. Ветер запутался в её темно пепельных с сединой волосах и складках тонкого платья бежевого цвета. В ярких лучах солнца её кожа отражала солнечный свет даже сквозь одежду.