Ванда опять обратилась к семье и объяснила, как сработал подарочек Холайе.
– Этот камень помог заполнить меня энергией, замечательным образом исчезла пустота и ощущение остановившихся органов. Я наполнилась энергий, и перестала её ощущать. Энергия моя еда, думаю восполнять, её придётся только в случае крайних трат и по мере исчезновения, она есть во всем. Вот от употребления крови избавиться не получится. На этой планете уйти от физиологии невозможно. Кстати на людей и животных, я без проблем могу охотиться, отслеживая энергетический поток, самый простой способ. Но и вампирским способом можно ловить – прикольно. И на вампиров тоже, можно охотиться, отслеживая энергетические потоки, они отличаются, - медленно растягивая слова, добавила она, понимая сейчас допущена бестактность, в непривычном голосе звучала привычная интонация.
Вампиры не умели лгать в кругу семьи, когда вместе жили мощные непобедимые твари, лучше, чтобы недомолвок оставалось как можно меньше. Откровенность повышала выживаемость. Слово «зацелую» приобрело другой оттенок, после её текста, о способе ловли вампиров отслеживая энергетической поток. Пожалуй, только Фоас не удивился. Он вспомнил как она отличила его энергию от энергии Келсиоса и в очередной раз похвалил себя за то, что дал ей шанс пожить ещё немного человеком.
Холл моментально опустел, никто не пожелал, дожидаться её поцелуев. Фоас давно ощущал нетерпение, исходящее от сына. В отличие от человеческой реальности. Сейчас девушка увидела, как вампиры вышли из комнаты.
– А вы не такие шустрые, как для новой меня. Я даже заметила, как ты Тарья подмигнула Келсиосу, и придержала дверь, чтобы дождаться ответного взгляда, – поддела она подругу.
Тарья рассмеялась.
– Ванда, ты чудо, – услышала она её голос через несколько стен и дверей и поняла, как сложно что-то скрыть в кругу семьи и прикинула, мыслей вампиров она не слышит, её мысли закрыты, блаженно улыбнулась и подумала.
«Хоть тут повезло».
Это была первая мысль за время общения. Углубиться в себя, времени не нашлось. Все процессы происходили сейчас немедленно и в бешеном темпе.
– Ванда, неужели ты нигде не выудила информацию об украшениях Холайе? – удивился Келсиос.
– Не поверишь, нигде, я очень старалась. Холайе все заблокировал и Фоас не отстал. Да, Тарья, я не успела тебя предупредить, что и после перерождения у вас на руках останется урод, Келсиос осведомлен, – предупредила Ванда.
– Не говори так, ты ухитрилась из человеческой реальности принести комплекс неполноценности? Тебе таки стоило взглянуть на себя в зеркало, разметать остатки иллюзий, – воспринял буквально шутку Келсиос.
– Ну, раз и ты настаиваешь, Тарья дорогая, – Ванда окинула взглядом комнату, зеркала со стен исчезли.
– Девочка, какие-то сложности? – подхватила игру сестра или подруга, но в комнате не появилась, её душило любопытство какой изъян нашла в себе Ванда.
– Тарья, где зеркала, спрятала, боишься пропустить момент, когда я подойду к нему, самое время полюбоваться собой, давай неси этот бесполезный человеческий атрибут. Мне вдруг стало интересно, отражаемся мы или нет, – Ванда хохотала.
Тарья влетела в комнату. Ванда сорвала платье и остановилась у зеркала.
– Не входить я голая, сейчас налюбуюсь и позову, – предупредила Ванда семью.
Келсиос решил, какая-нибудь пара столетий, Ванда пообвыкнет, и перестанет прятать своё совершенство от семьи, но ему нравилась её скромность и застенчивость, эту часть человеческого он решил в себе не вытравливать.
Новая Ванда окинула себя взглядом с ног до головы.
– Ничего особенного, будучи человеком, я представляла себя примерно так. А мы-таки отражаемся. Входите, – пригласила она семью, предварительно накинув платье.
Все с восторгом смотрели на неё.
– Ну, вот все любуются, представляют меня нагой. Келсиос самое время начать ревновать, – обратилась она к мужу.
– Совершенно бессмысленно, ревность я уже похоронил. Одежда - дань человеческой цивилизации, как и ревность, – ответил счастливый единственный муж, вампир не боялся измены.
– То как Тарья пыталась меня приукрасить, наводило меня на совсем другие мысли, – вспомнила она три платья от вампира феи.
– Это она игралась. А ревновать к братьям, отцу или сестре, когда ты одна из нас бессмысленно, – ответил Келсиос.
– Для вас время тоже остановилось? Я не чувствую его мерный ход, – задал вопрос новорожденный вампир.
– Лично я о нём не задумываюсь, но жить среди людей не отслеживая время невозможно, – ответила за всех Тарья.