– Процесс обращения завершен, – сделал вывод Фоас. – Интересно захочет ли она нам что-то рассказать, Белисар, ты оказался прав она Ангел. Другой термин не подходит. Я шёл по логике, стоило пойти по парадоксу.
– Не понял? – спросил Келсиос.
– Твоя жена Ангел и пока она снизошла до вампира это определение объемнее, – пояснил очевидное Фоас.
– Ты хочешь сказать, этот недобитый болезнью и Холайе птенец, сменит платье и начнёт нами править? И эта хилая пародия на человека Ангел. Кто их видел, этих ангелов, где крылья и ещё какие-то атрибуты, – задохнулась от ненависти Хиония, она стояла на несколько ступеней ниже и видела только то, что могла объяснить.
– Она последнее время и так нами правила. Ты ничего не понимаешь, какое это счастье снять ремни и корзины, отшвырнуть их ногой. А ещё лучше самому удобно устроится в корзине, и разрешить себя нести. Или ещё лучше дать возможность обратить себя во что-то более совершенное лично я бы даже не стал спрашивать во что. Хиония в тебе много строптивости от человека, – пожурил Фоас охотника-вампира и засмеялся.
Фоас был счастлив, он не ошибся в Ванде и Келсиосе, ещё древний монстр осознал, он таки донес свою ношу в этой цивилизации. И его ждёт бонусная игра на более высоком уровне. Высший вампир, как и Борис, получил передышку. Фоас безгранично доверял своей дочери, он принял её как дочь, и опосредованное отцовство его не оскорбляло, понимая, Келсиос прекрасный муж и наставник, но до отца не дотягивает. Ванде понадобится мудрый отец, отстраненный от человеческой любви.
– Не знаю, как только явится Холайе, я уйду, я не хочу оставаться с ней. Пусть убивает – мне плевать. Скажу больше мне и на Клефа плевать, – тупого охотника не трогали основы мироздания, познаваемые Фоасом. Она хотела Клефа его любви и его тела.
Хиония унеслась в сторону леса. Семья вампиров, состоящая из семи членов, зажила обычной жизнью.
– Наплевать, конечно, – рассмеялась Тарья.
– Охотник, все изгадит, оплюет и свалит. А Ванда умница, намекнула, обращения закончены, как по-другому, если бы она думала превратиться ещё во что-то, дом точно восстанавливать не стала. Можем без проблем переселиться и под сень деревьев, но эти непрочные изнеженные людишки знают толк в комфорте, я как-то привык к постели, и крыше над головой, – произнёс вслух своё умозаключение Агостон из чего все заключили, в норе и комнате у вампира стояли кровати. Агостон никогда, никого в комнату к себе не приглашал, тем более в нору, как он там обустраивался, можно было только вообразить.
Ванда материализовать на коленях Келсиоса.
– Не бойся, все под контролем, не вздумай делиться энергией, мне она нужна на поддержание контакта, больше не возьму. Относиться ко всем, – предупредила она семью.
Голос Ванды стал больше похож на прежний человеческий. Появление удивило, их глаза не успевали следить за её перемещением.
– Ты меня простил? – спросила Ванда.
– А когда происходило по-другому? – признал Келсиос, свою любовь, не пытаясь скрыть радость.
– Отец, надеюсь, ты не хочешь воспользоваться моей временной амнезией. Это твоя семья и я твоя дочь. С памятью у меня все в порядке, сейчас я вспомнила даже то, что забыл Холайе. Поднимай корзины, надевай ремни. Келсиос твой сын он не уходит, я его жена и тоже остаюсь. Он меня простил или я что-то пропустила? – Ванда наслаждалась жизнью в семье.
– Ничего не пропустила. Руководство семьёй помечтал свалить на тебя, каюсь, прости не получилось, – улыбнулся Фоас.
– Келсиос, любимый, спасибо за то, что не оставил. Не представляю, как бы я вас вспомнила и узнала. Твоя услуга бесценна, особенно во время второго перерождения, – поблагодарила она мужа, отца и наставника.
– Объяснишь? – обратился с просьбой Фоас.
– Попробую, Придя в себя, я вас не увидела и не услышала, больше всего я боялась, что вы не видите меня. Только энергия Келсиоса хранила образ моего тела и сознания. Я рассыпалась на энергетические ручейки.
– Как? – удивился Фоас, такого он не ожидал услышать.
– Очнулась ни звуков, ни запахов, ни температуры, ни образов ничего. Голод и боль в чистом виде заставили очнуться. И где-то на самом краешке тепло и энергия Келсиоса. Он помог мне прийти в себя, а ручейкам собраться воедино и запустить сознание. Оно восстановило тело.
– А сейчас? – спросил высший вампир.
– Так же. Прежних я вас представляю и то вижу в энергии Келсиоса. На самом деле, вы для меня просто сгустки энергии без тела, – объяснила Ванда, как она общается с ними.