– Но мы видим тебя, в облике вампира, – удивилась Тарья.
– Так и я вас вижу, как вампиров в человеческих телах. Глазами любимого мужа. Постепенно учусь обходиться без него, думаю, часа через два всё восстановится.
Вопросов не нашлось даже у Фоаса, остальные просто ничего не поняли. Ванда заволновалась, послушался тихий гул.
– Ой, опять вспомнила. С этим я, наконец, покончу до конца вечности, – никто не догадался с чем она собралась разобраться, вампиры услышали или почувствовали её голос. То, что последовало за шелестом слов, ощутили в полном объёме.
На одну восьмую доли секунды их пронзила невыносимая боль, а потом боль жажда и голод покинули их навсегда.
Ванда вырвала эту составляющую из их энергетического потока и отправила её в пространство. Не потрудившись обратить внимание на их боль.
– Всё, с жаждой и болью покончено навсегда. Кровь остается едой, но её потребуется в значительно меньших количествах, только чтобы тело не разрушалось. Недостаток восполняется энергией. Находить энергию легче, чем ловить людей и тигров. Если кто-то хочет, продолжить привычную жизнь, могу попробовать вернуть. Такого опыта у меня ещё не было, но я люблю учиться, – предложила Ванда.
Желающих не нашлось, каждый представил, испытание в процессе обратной трансформации.
– Как хирург, когда необходимо мгновенно принимать решение, – заметил Фоас, – не до заговаривания и анестезии. Легко же ты подняла нас на уровень выше.
– Простите, Хиония, – прошептала Ванда, – я не убила её, она точно не вынесла б.
– Она предусмотрительно сбежала, – поставила её в известность Тарья.
– Ну, и не говорите ей ничего. С ней я разберусь по старой схеме. Келсиос, ты останавливай меня, – попросила она мужа.
– Как? Я не успеваю уследить за твоими движениями не то, что за намереньями. Мыслей по-прежнему не слышу. Намекни, на что я должен отреагировать, – попросил ошеломлённый Келсиос.
– Я думал, мне все известно о боли, – восхитился Белисар.
– Аналогично. Пока энергия не прошла сквозь меня, разорвав, тело на атомы и запустила сердце, вернее превратила его в центр моего энергетического потока. Скотина Холайе, нет, но он не хотел убить меня, сам не в теме, – без подсказки с чьей-либо стороны вспомнила она главу второй по силе семьи.
– Ты это потом поняла? – выяснил Фоас.
– Естественно, благословения в виде предварительной информации я почему-то не заслужила, я ощущала отделение каждого ручейка энергии. От человеческого тела не осталось бы следа. Сколько дней я смотрела в бездну? – поинтересовалась девушка человеческим время исчислением.
– Девять дней, – ответил Агостон.
– Такое в моей жизни уже случалось. Бездна. Я два раза заглянула в неё. Похоже, излюбленная цифра три в отличие от человеческих сказок, со мной не работает. Бездны разные, но страх один. Вернее, энергия страха, одна на все известные мне цивилизации.
Ванда говорила легко и свободно, для неё не существовало ни времени, ни боли, ни голода, только энергия в чистом виде и в ней она находила абсолютно все. Семья удобно устроилась, никто никуда не спешил. Симптомы, поднимающие на охоту, исчезли из их существования. Теперь семья высших вампиров превратилась, в цивилизацию мыслящих каменей, они могли остаться в этом доме, разрешить земле занести себя песком или затянуть мхом. Что не помешало бы им наслаждаться обществом друг друга вечность. Скука тихонько подползала к порогу. Они оставались слишком молодыми вампирами, чтобы бездействовать вечность.
Глава двести восемнадцая Тайна Холайе, или что делали вампиры во время человеческих войн
Первой прервала молчание Ванда.
– Келсиос, ты не ошибся, насчёт сюрприза. Я знаю абсолютно все. Ты, великолепный учитель и наставник. Тарья, прекращай поиски источника появления украшений. Человеческая логика здесь не сработает, и вампирская не сработает. Их изготовил обычный человеческий ювелир не так давно, две с половиной тысячи лет назад. Дело в камнях. Они часть планеты. Она сама положила камни ему на верстак – это соль, обыкновенная соль. Калафат, мать Холайе нашла эти украшения, в местности, под названием Дарлан. Камни отыскали высшего вампира, таково их предназначение.
На земле всё подчинено земной логике, все живущие ей подчиняются - вампиры не исключение. Связь не должна прерваться, о камнях потом.
Калафат надев браслет и кулон, всегда их носила, не снимая, пока её сын Холайе не снял украшения. Холайе убил знание о предназначении камней, полагая по наивности, будто именно украшения дают неограниченную власть и как-то помогают создавать вампиров.