- Твои счета оплачены, - распахнула клетку Ванда.
- Я не позволю своему сыну затеять игру в человека и как только он окрепнет и обратится, сделаю все чтобы такие мысли никогда не посетили его, - пообещал он девушке, не отреагировав на предоставленную свободу.
- Как знаешь, твой сын будет злее и нетерпимее тебя, - дала характеристику ещё незачатому сыну медведя-оборотня.
И опять Пётр не проявил излишнего любопытства.
- Ты рассказала своим о детях? – спросил медведь.
- Нет, - односложно ответила девушка.
Медведь оборотень согласился, время ещё не настало. И впереди огромное количество лет, наполненных монотонным изнурительным трудом. И ещё всем без исключения надоест предложенная этой цивилизацией реальность.
Они шли и шли вампир и медведь-оборотень. На самом деле рядом безмолвно шли две энергетические сущности, в облике вампира и медведя-оборотня. Каждый выполнял программу.
– Ванда, я все время думаю, почему они? – задал единственно важный вопрос Пётр.
– Фоас выстоял, а Михаил сдался. Вы более земные. Намного добрее, с вами мне было бы не так больно. Ожидание способно разрушить все, потому всегда предлагается минимум два пути, – туманно ответила Ванда, но Пётр принял ответ.
Вампир остановился, а медведь пошёл дальше, постепенно набирая скорость. В прощании они не нуждались.
– Обязательно выполни обещание!
Эхом прокатился её призыв по лесу. Этот призыв накрыл многие километры. Люди не услышали и не разобрали слов, их просто охватил безотчетный страх, более продвинутых – беспокойство, тех, кто уже искал выход – тоска.
Ванда услышала его немой ответ и улыбнулась.
В мгновенье ока девушка оказалась рядом с Келсиосом. Вынужденно выставив блок, она скрыла свою беседу с гостем, понимая обижает мужа и наставника, но она знала озвучивать – нельзя. Информация принесла бы только вред.
– А ты неплохо смотрелась с оборотнем, тебе вообще любой к лицу, – прокомментировал увиденное Агостон, – А зачем Пётр приходил?
– Он не оборотень, он медведь – это другое. Агостон за что я тебе всегда любила и люблю, так это за нескромность. Все хотят узнать, но все молчат, и только ты задаёшь непосредственный вопрос наивного ребёнка. Ответ, который ничего не объяснит. Слушай внимательно. Проведать.
Все захохотали.
– А какой правильный? – не сдался Агостон.
– Оговорить новые условия договора. Агостон, пора умнеть, – подлетев, она потрепала его за волосы.
– Извечный договор между оборотнями и вампирами. При всей моей тупости, его я знаю, у вампиров идеальная память, как я могу что-то забыть. Интересно другое, он, что уполномочен его выполнить? – спросил Белисар.
– Без сомнения. Михаил отошёл от дел. И если Пётр пришёл, значит, он его выполнит, иначе, зачем вообще приходить? – спросила Белисара Ванда.
Теперь все кроме Агостона подумали, пусть Михаил удалился, но Фоас вроде как при делах, и Петру следовало заключить договор с ним, а не с Вандой. Но Фоас не обратил внимания на нарушение субординации, Агостон так не продвинулся, чтобы задать единственно важный вопрос.
Ванда растеряно, сама, ища ответ и поддержку, посмотрела своими странными зелеными глазами в темно коричневые глаза Фоаса.
– А если честно? – спросил Фоас улыбнувшись в ответ.
На этот раз Ванда ответила гораздо быстрее.
– Фоас, наша беседа не касается Холайе. Медведи оборотни на войну вместе с нами не пойдут, я не позову их на верную смерть, – ответила девушка на незаданный вопрос.
– Ты читаешь мысли? – спросил Фоас.
– Нет, я их знаю, хотелось бы отключиться, – пожаловалась он отцу.
– А что мешает? – спросил глава семейства.
– Ничего, – ответила она. И задумалась. – Получилось. Ты непревзойденный учитель, как и Келсиос.
– Пожалуй соглашусь. Только чтобы проделать такое, я потратил сто тридцать лет. Мысли слышал, но не догадывался, что это не слова. А ты отключила прослушивание энергетических потоков. Как ученик я намного хуже, – сознался высший вампир.
– Ты был первый и один, – очень серьёзно без тени иронии с огромным уважением сказала Ванда. – Я понимаю тебя, как никто. Ты не догадывался о вопросах, не говоря об ответах. Это самое ужасное, – признала она главенство Фоаса.
Глава двести двадцать первая Пасторальная вечность может свести с ума даже высших вампиров
Жизнь семьи высших вампиров потекла своим чередом. Все ожидали, что Ванда вдруг начнёт показывать какие-то невообразимые таланты. Но Ванда просто жила рядом и ничего сверхъестественного не наблюдалось. Вернее, она могла сотворить, что-то невообразимое, и тут же забыть об этом. Все выглядело как в цирке. Хорошо отрепетированной фокус, исполнялся быстро и легко, никому не приходило в голову увидеть за этим огромный труд. Только Фоас внимательно наблюдал за девушкой и отмечал, как она накапливает силу, постепенно превращая её в мощь.