– Я побуду одна. Белисар, вот теперь начинай думать, что с ними делать. И я прикину пару вариантов. Завтра начнется. Если невидимая толпа пролетит над планетой. Интересно люди решать – это чума или птичий грипп, как-то они назовут эти массовые необъяснимые смерти, – задала она почти человеческий вопрос.
Ванда опять прислонилась к дереву и растворилась в нём.
«Хорошо, что Тарья не знала куда смотреть. Их семьдесят девять, больше я не дождусь. Маловато. Но он все же решился создать больше пятидесяти, умница. Я думаю, Холайе уже догадался. Понятно без торга не обойтись. Древний монстр устал».
Как всегда, Агостон не подвёл.
– А что это она сделала? – обратился вампир Фоасу.
Дерево голосом Ванды ответило:
– Фокус на грани смерти.
– Фоас, ты как? – поинтересовался Келсиос.
– Агостона или Белисара твоя жена убила бы и легко, – ответил создатель сыну.
– Она же не планировала убить кого-то из нас, ради достижения цели, – испугался Келсиос.
– Ванда знала предел, я же говорил тебе, она не нападает, только обороняется, – пояснил Фоас.
– Охотников двенадцать, почему Клеф попросил не убивать его? – мысль вампира не давала покоя Тарье.
– И что я должен придумать? – уточнил у сестры или жены Белисар.
Высшие вампиры надеялись на пояснения или хотя бы на намеки, даже Хиония вышла из своей комнаты. И одарила всех присутствующих ненавидящим взглядом. Сейчас она вообще молчала, только вампирша охотилась как прежде, особенно не задумывалась, её жизнь почти не изменилась, исчезла изматывающая жажда и боль, но они с успехом компенсировались страстью к Клефу.
Такое состояние симпатии к высшим вампирам, живущим за счёт энергии, не добавляло, обратиться с просьбой, избавить её от охоты, она не желала.
Приближалась ночь. Гости не пришли. Тарья обхватив колени руками, и раскачивалась, сидела посредине двора.
– Они подготовились к походу, – бесцветным голосом сообщила Тарья.
– Ощутили энергетический удар, Ванда как всегда оказалась права, – сказал Фоас.
– Вот бы Холайе и Омерайе пришли раньше, – размечтался Агостон.
– Не придут, они остановились. Они не могут определить, происхождение энергетического удара. Долго это не продлится, и они выступят, – ответил Фоас.
– Уйдем, – предложил Белисар, – С таким довеском они нас не догонят.
– Такой довесок выложит половину планеты, не имеем права, – вступила в разговор Ванда, не отделившись от дерева.
– Двенадцать плюс пять пол планеты? Сомневаюсь, – сказал Белисар.
– Если пойдут за нами проблема питания встанет в полный рост. Много убьют, – спокойно согласился Агостон, с формулировкой о половине планеты он не согласился, но что убийств будет достаточно, не сомневался.
Рука ветка отделилась от дерева, зацепила Келсиоса, он слился с Вандой деревом.
– Ванда, что? – прошелестели листья дерева, с которыми слились Ванда и Келсиос.
Их не мог ни услышать, ни понять никто. Никто и не пытался, каждый думал о предстоящей битве, ища своё место на поле боя.
– Келсиос, ты прости меня, прости авансом. Я никогда так не боялась. Ни перед одной из операций, когда была человеком, ни тогда, когда поняла кто ты, даже тогда, когда остановила своё сердце.
– Ванда, за что тебя простить? – спросил любящий муж.
– А ты выполни просьбу и больше ничего, прости и без вопросов, – обратилась она к любящему мужу.
– Хорошо, я прощаю тебя за все содеянное и не содеянное. Легче? – простил, высший вампир любимую авансом, он не умел ей отказывать.
– Нет, не легче, но проще. Поцелуй меня.
Келсиос не понимал, кем себя ощутить или представить, Ванда не понимала, что можно ещё предложить ему. Земной восторг достиг апогея и медленно клонился к закату. Они могли предложить друг другу только любовь в чистом виде, размытый неопределенный термин. Ванда наполнила понятие неземной энергией, и Келсиос простил ей самоубийство и приготовился простить убийство себя и уничтожить вместе с ней всё живое на планете, если она попросит и не задать ни одного вопроса.
– Так много не нужно, но мало не покажется, – предупредила она мужа и отца.
Ванда и Келсиос отделись от дерева, и Ванда произнесла.
– Их восемьдесят один плюс пять, Тарья не знала куда смотреть. Вам придётся мне довериться, – предупредила Ванда воин, выложив все карты перед обомлевшими вампирами.
– Ты хочешь сказать, мы их победим? – неуверенно спросил Белисар.