– Как прошёл день? – осторожно поинтересовался Агостон, он заговорил первым, чтобы не вцепиться в горло брату.
– Никто не умер, я не понял, Фоас же отменил приказ жёстко контролировать меня, – пробормотал Келсиос.
– Пока ты в моих виденьях уходишь, оставив её тело, мы вынуждены следить за тобой, или договаривайся с Фоасом пусть он отменить и это своё распоряжение, – ответила Тарья, когда дело касалось кого-то из членов семьи, правила и распоряжения она выполняла неукоснительно.
– Такое распоряжение отец не отменит никогда, – согласился Келсиос сквозь зубы.
– Фоас дал разрешение на охоту, ты же сам не воспользовался, он никогда ничего не делает не подумав. Слетал бы насытился, глядишь бы отпустило, и нам не пришлось бы бросать всё и лететь по первому зову, – выказал свои претензии Агостон.
– Фоас закрыл охоту, я не успел поохотиться, а правил я не нарушаю, – ответил Келсиос.
– Почти по твоей просьбе, – добавил Белисар, – ты любимчик, ради тебя…он её объявит и не один раз, только намекни. Слушай, ты смени диету, увеличь количество консервированной человеческой крови. После живой крови, глядишь и девушка перестанет так напрягать. Можешь не комментировать.
– Он ради меня охоту отменил, не дошло, отупел, – ответил Келсиос.
– Урод, – парировал Агостон, вспомнив свою недавнюю охоту. Келсиос подхватил его мысли.
– Агостон, в твоих воспоминаниях нет и сотой части того, что поднимает меня на охоту, тупой кровожадный вампирюга, не видишь дальше своего носа, если тебя не коснулось, значит такого в мире не существует, – остановил он его кровожадные мысли.
Агостон вспомнил свою жажду, при выборе кем бы полакомиться затем неспешный поход по городу следом за жертвой, её аромат:
«Не стоит идти против своей сути, убить её самое логичное и простое решение всех проблем. Хоть вам с Фоасом зачем-то понадобилось сохранять ей жизнь. И не кидайся на меня. Я не обижаюсь. Приказы приказами, но у меня имеется и своё мнение. И я не такой тупой, как тебе бы хотелось, скандалить не планирую»:
Подумал Агостон, он действительно не хотел скандала.
- И ещё такая проблема, не знаю, как Тарья и Белисар, а вот если Фоас разрешить мне не приезжать под стены этого гнусного университета с одержимым вампиров и не съеденной синичкой, я впаду в крайнюю признательность, - высказал своё пожелание Агостон вслух.
Келсиос пропустил тираду вампира, ему стало тошно оттого, насколько легко брат Агостон одобрил идею убийства Ванды, и подтвердил её неизбежность, причём предложение озвучивалось второй раз.
Агостону нравилась сущность вампира, сила без оглядки, он ненавидел людей органично и никаких сентиментальностей на этот счёт в свою жизнь не пускал.
Одна Тарья молчала, но именно её мнение Келсиос выставил в приоритет.
– Тарья, почему ты молчишь? – осведомился Келсиос.
– Ну, я жду, пока все иссякнут, чтобы подвести итог и закрыть дискуссию, – ответила сестра, сразу всем троим братьям.
Вампиры притихли.
– Келсиос, ты мог убить её два раза и поверь мне, ты ни разу не остановился, все мои виденья закачивались одним и тем же. Но она жива. И знаешь почему? Каким-то непостижимым образом она тебя останавливала. Как ей удавалось находить момент и оборвать охоту не знает никто на свете, но это неоспоримый факт. Ты находился рядом с ней, может она не человек? – спросила она брата.
– Если брать оболочку человек. Но, направление верное. Если бы девушка относилась, к примеру, к оборотням, вряд ли бы меня обрадовала подобная компания, как и всех вас. А каких монстров, способных остановить вампира ты знаешь? – вопросом на вопрос ответил Келсиос.
– Никаких, – ответила на свой же вопрос Тарья.
– То-то же. Потому Фоасу и важно чтобы она выжила, и как оказалось и мне не безразлична её жизнь. Так что дорогой Агостон твоё предложение снимается с повестки дня, разрешаю не лететь со всех ног. Сиди в норе, запасись ещё одним холодильником, завали его кровью и жди следующего случая поохотиться. Если честно все не так беспросветно, как вам кажется, я реально контролирую себя. Вопреки вашим страхам и твоим виденьям, – успокоил он Тарью и ответил Агостону.
Келсиос повернул ключ в замке зажигания и повел автомобиль к дому, поток мыслей остановить не получилось:
«Зачем почти девятьсот лет назад, началась игра вампира в человека, вот, тот вопрос, на который я должен получить ответ. Перед принятием окончательного решения. Фоас создал новою религию и новый вид вампиров. Нас по большому счету никто не принуждал к такой жизни. Но влачить существование вампира кровососа, почему-то не захотел никто. У каждого из нас есть скрытая причина, уверен Агостон о ней даже не догадывается. Но сервировать убийства раз в месяц, создавая иллюзию благородности, не сумеет и наш распорядитель Тарья. Каждый из нашей семьи попробовал идти традиционным путем, но вернулся к Фоасу и остался с ним. Зачем? Все вернулись, но в нас нет никаких химических процессов, никаких жидкостей кроме яда. Зов крови в нашем случае вряд ли работает. Яд, и чужая кровь, мгновенно сгорающая, дающая силы и жизнь. Яд, состав яда. Зов яда – прикол. Все вернулись к отцу на зов его яда – самый последний вампирский анекдот».