«Человеческие игрушки становятся, полезными. Люди сильно продвинулись, как для корма. Хотя если брать по сути такие же скоты, как и семьсот лет назад. За редким исключением. Фоас подтвердит вывод за последнюю тысячу лет».
Но признавая разум, как ценность, вампир старался не думать об оболочке. А ещё душа, это знание всегда держало Келсиоса. Хотя объяснения своему поведению вампир не находил, если душа уходила вместе с жизнью к богу, почему бы десятку вампиров не перерезали всех на планете, решить все проблемы человечества одним махом, отправив всех в рай. Люди в основной массе жили плохо, и это вампиры наблюдали не одно столетие.
Такие прожекты Фоас запретил, вампиры не принадлежали к человеческой цивилизации, не являлись создателями этой цивилизации, и не имели права, останавливать или уничтожать её, равно как продвигать её развитие. Такое положение вещей Келсиос отнес к ещё одной разновидности клетки, запер её и выбросил ключ.
– Алло, – услышал он голос Ванды, внутренне сжавшись, ожидая усиления привычной боли.
Ничего не произошло. Он услышал её голос и не испытал крайний дискомфорт.
– Алло, не молчите, иначе я решу, что вы ошиблись номером и выключу телефон, – предупредил голос девушки.
– Ванда, – произнёс он её имя, удивившись своему смущению.
– Мистер Залиникос, приятная неожиданность. Я перестала ждать ваш звонок, полтора часа назад, – спокойно призналась она в том, что надеялась, на его звонок.
– Извините, – сказал он, не понимая, почему он извиняется.
– Прикольно, вы позвонили сами, и сказали только два слова. А я рассыпалась в словах как крупа по паркету, – ответила, девушка на его извинение.
Келсиос не знал, о чём с ней говорить. Одно дело задавать вопросы и смотреть в глаза или сравнивать мысли и озвученные ответы, и совершенно другое, общаться по телефону с незнакомым человеком, а в том, что она чуждая сомнений у него, не возникало.
«Как сложно жить людям, особенно недалеким лишенным воображения и интуиции»:
Подумал вампир, он понимал – его очередь продолжить беседу.
– Вы обещали поведать, что послужило поводом для вашего приезда сюда? – напомнил он ей причину, по которой получил её номер телефона.
– А можно мы перейдем на «ты». Я приехала одна «вы» лишает конкретики ответ, если в этой фразе заменить «вы» на «ты» все станет правильно. Предлагаю повторить, заменив слова, – предложила Ванда.
Высший вампир тупо выполнил команду, приняв как данность тот факт, что, отказывать ей – выше его сил.
–Ты обещала ответить…, – начал Келсиос.
– Достаточно, «ты» прозвучало. Так сразу и не расскажешь, есть много необъяснимых нюансов, кое-что я вообще желала бы скрыть, – проговорила она, и замолчала.
– Уверен, я сумею разобраться, как-никак я старше, где-то философ и кое-что повидал, – мягко настоял вампир, и обречённо подумал:
«Все летит к чертям, мыслей не слышу, Тарья ничего не видит. Агостон и Белисар ждут, когда я сожру её. Фоас взял тайм-аут, и не поясняет ничего, попросив не убивать. Начну общаться как тупой бездарный корм, выуживать информацию. Глядишь, проговорится или утратить контроль над мыслями и всё утрясется, само собой. Или до меня, наконец, дойдет, что она такое, и я спокойно убью её, или ещё что-то…. Но стоять с оборванной до нервов кожей, нет больше сил. Общение по душам с кормом, такого в моей жизни до этого момента не случалось. Человек вступил в личные отношение с тарелкой каши. Приятного аппетита мистер Залиникос».
Ванда долго молчала, он слушал шорохи и шум, отметив, в доме в данный момент никого, монстр обрадовался, заинтересовавшись, как часто девушка остается одна и вообще кто ещё проживает вместе с ней, или кто посещает их дом.
– Предупреждаю, полной откровенности не гарантирую. Все началось с мамы, она вышла замуж второй раз, – наконец, произнесла она.
– Ну вот, а ты говоришь, сложно, – мягко и сочувственно проговорил Келсиос. – Когда это случилось? – Голос Келсиоса из настойчивого и требовательного вдруг стал крайне вежливым, и участливым, но без фальши. Ванда отметила этот факт и подумала: