– Выживет, ты диагност – разбирайся. Лист я отшвырнула, прикажешь ждать, пока эти доходяги оттащат его. Думаешь, я могла поверить, в то, что Келсиос отдаст девушку, просто возьмёт и переложит её в твои руки. Виденье заканчивалось не так оптимистично, – Тарья говорила на грани выдержки.
– Тарья как ты? – обратился к ней Келсиос.
– Как? Плохо, Агостон прав, лучше зарыться в землю метра на три четыре и не выползать. Какое счастье, что я не пробовала это…, все предел, – ответила она сама себе, не посмев произнести слово кровь.
– Ты видела это утром и все равно пошла? – восхитился Келсиос.
– Не хрена я не видела, это чудо скрывается от Тарьи, глупышка, точно птенец, – с нежностью в голосе проговорила женщина высший вампир.
Тарья с любопытством смотрела на девушку. Она уже видела, её раньше, издалека. Но вот так рядом, Ванда показалась ей необычайно привлекательной, вампирша невольно протянула руку, чтобы прикоснутся к её темно-пепельным с сединой волосам.
И услышала рядом тихое рычание Келсиоса.
– Что ты? Я не причиню ей вреда, – испугано отдернула руку Тарья. – Я не убиваю при помощи энергии, мои игры с энергией безопасные. Псих. А ещё собрался сопротивляться любви, – обиженно прошептала Тарья и ретировалась в «Инфинити», её работа на сегодня закончилась, в автомобиле её ждал сгорающий от любопытства и нетерпения Белисар.
Двор университета вдруг ожил. Во дворе находился преподаватель Залиникос, автомобиль скорой, почти рядом Майбах Фоаса. Никаких посторонних людей никто не заметил. Студенты и преподаватели, направляющиеся на учебу и работу, естественно останавливались во дворе и с сожалением поглядывали на окровавленного парня, который так и не пришёл в сознание, над ним склонились врачи скорой и осматривали рану на голове. Некоторые заметили, как невероятно красивый мужчина, нес на руках девушку в сторону автомобиля скорой помощи.
Девушка пошевелилась, приходя в сознание, расслышала тихий испуганный голос Келсиоса:
- Жива?
Ванда молча оценивала ситуацию, отмечая стандартный набор предметов и событий вокруг себя:
«Холод снизу холод рядом. Небо и ветер. Значит не клиника».
– Все нормально, – инстинктивно сказала она и попыталась пошевелиться.
Залиникос старший удерживал её железной хваткой. Она лишь мельком взглянула в лицо Фоаса и повернула голову в сторону Келсиоса.
– Ты не пострадал, зачем ты бросился? Этот лист железа, моя история и моя беседа с богом, – услышал Келсиос первые осознанные слова девушки, после пережитого взаимного ужаса.
Четыре высших вампира с трудом отнесли слова девушки на свой счёт, их каменные тела в принципе не могли пострадать, в такой ситуации. Автомобиль для вампира, был чем-то вроде консервной банки, для дорожного катка, а лист железа лёгкий лепесток, оторвавшийся от цветка. Но Ванда не могла знать об этом.
– Больше никогда не спасай меня, – удушая ненависть к себе, попросил девушку мистер Залиникос, – со мной ничего не может случиться.
– Не могу обещать, – слабым голосом ответила Ванда.
Келсиос строго отслеживал свою энергию, разогнав монстров по клеткам, высший вампир впервые в жизни не понимал, как поступить. Желание просто исчезнуть стало непреодолимым, но он не мог уйти не разобравшись. Никто из людей никогда не делал ни для кого из них ничего подобного. Келсиос привычно читал мысли окружающих, интересовали его только две. Фоас и Тарья. Белисар ушёл в себя и ждал отмашки к отъезду и мечтал поскорее убраться с места происшествия, пропитанного запахом крови.
«Она не боится и не удивляется, странная девочка, но она человек, как и …»,
Фоас оборвал мысль, Келсиос хотел вытряхнуть из отца продолжение.
– Ванда, девочка, как ты себя чувствуешь? – спросил доктор Залиникос.
Его голос прозвучал внутри её сознания.
– Все в порядке, я не успела упасть, мистер Залиникос подхватил меня, хотя я не понимаю, как он успел, но я вспомню, – пообещала Ванда.
- Конечно, вспомнишь, - заверил её доктор.
Девушка бросила ненавидящий взгляд на автомобиль скорой помощи, к котороый направлялся Фоас и естественно она, так как мужчина не опустил её на землю, а вырваться из его ледяных каменных объятий не получилось бы ни у кого из смертных.
Фоас усадил её на сиденье, внимательно посмотрел в глаза. Он держал её на руках, этого времени оказалось более чем достаточно, он знал о ней абсолютно все, обследовать не имело смысла. Фоас скрыл свои мысли.
«Все правильно, девочка устала сражаться за жизнь, конечно, она ещё не вычислила, кто мы на что способны, но обратилась она по адресу. А какая сущность не дает прервать её человеческую жизнь? Неужели. Нет, я не смею надеяться…. И надо как-то ей помочь, кажется схема лечения себя изжила, она на пределе».