– Похоже, и правда ты не ударилась, Келсиос молодец, быстро среагировал. Сын, я могу оставить её на тебя, тому парню намного хуже, помимо травм у него ещё и шоковое состояние, – обратился он к Келсиосу.
«А энергии совсем чуть как у обычного человека, не понятно, как она ней управляет и как восстанавливается»:
Фоас нарочно бросил ему мысль, чтобы сын не заподозрил его в нарочитом молчании.
Информация, полученная Келсиосом, застала его врасплох. Он ненавидел себя за пренебрежительное отношение к предложениям отца, преступить страх, не прятаться, научиться контактировать с людьми, проще прикасаться к ним.
Фоас направился к пострадавшему. Николай постепенно приходил в себя, и врачи разбирались, что с ним делать дальше, понимая, что лежание на мерзлой земле вряд ли полезно, но боялись навредить, в ситуации, когда рядом находился Фоас, они просто теряли ориентиры, своего коллегу они панически боялись. Доктор-вампир наклонился над пострадавшим и пробежал пальцами по телу, Николай не отреагировал на прикосновение холодных рук.
– Спокойно перекладывайте на носилки. Сломано два ребра и сотрясение мозга, рана на голове, но кости черепа целы. Внутреннего кровотечения нет. Родился в рубашке, если бы ребром этой железки, мгновенная смерть, - поставил диагноз доктор.
Такие события в маленьких городках редкость, а на территории университета вообще небывалый случай.
По мере приближения звонка на первую пару, во дворе университета становилось всё многолюднее. Преподаватели и студенты, обступили плотным кольцом Николая, подъехали его родители. Ректор в ужасе смотрел на пострадавшего парня, повторяя как заведенный одну фразу: «Ну как этот лист мог оторваться, такого не бывает». Мама Николая, увидев сына, расплакалась. Лида украдкой вытерла слезы, Келсиос прочёл её мысли:
«И здесь без этой Вайрих не обошлось, лучше бы её шмякнуло этим железом по голове. Бедный Коля, хоть все обошлось. Сергей в ступоре, Аркадия почти рехнулась. У Марины обострение чувства юмора. Издевается над нами. Ведьма эта Вайрих».
Девушка не решилась подойти к парню при его родителях, опасаясь неадекватной реакции.
Вампир теперь автоматически читал все мысли, где проскальзывали имя или фамилия Ванды, смирившись с тем, что так будет всегда. Если он насильно не заблокирует мысли, но блокировать оказалось выше его сил. Ещё он отметил чувства Лиды к Николаю и провёл аналогию, такой же страх и отчаянье испытал и он в те доли секунды, пока лист железа летел на любимую. Теперь он не сомневался, Тарья как всегда не ошиблась в трактовке своих ведений.
Глава двадцать девятая Первая встреча и противостояние двух монстров, Келсиос везунчик или начало суперигры
– Мистер Залиникос я не хочу в больницу, тем более в автомобиле скорой помощи, – услышал он голос Ванды, девушка постепенно возвращалась в человеческую реальность.
– Тебе туда незачем ехать с тобой все в полном порядке, поверь, доктор расставил правильные акценты, на моей памяти он ещё ни разу не ошибся, – с позиции своей реальности ответил Келсиос.
– Осталось убедить в этом моего отца. Мой папа расставит очень правильные приоритеты, заплатит любые деньги и затолкает в клинику в отдельную палату минимум на неделю. Увлекательной такую перспективу считать сложно. Папа считает меня ребёнком, а себя ответственным за меня. А я не имею сил на сражение с ним, – вздохнув, произнесла Ванда, ничуть не удивившись своей откровенности с малознакомым человеком, на тему, которая этого человека могла вообще не интересовать.
– Зачем? – удивился вампир, логика не прослеживалась.
– Отчасти благодаря доктору, который никогда не ошибается. Это он усадил меня в машину скорой помощи, а раз я здесь, выходит у меня проблемы, и я хороша, расселась. Для моего папы — это аргумент единственный и неповторимый, – объяснила она железную логику её отца и попыталась выйти из автомобиля.
Келсиос, как ни странно опять оказался в её игре. Он отложил анализ увиденного и произошедшего, ему не хотелось отвлекаться от девушки. Сегодняшнее желание разобраться в её сути, в тысячи раз превосходило вчерашнее. Он видел в действии её энергию и предела любопытству не существовало. Конечно, Ванда не знала, что мистер Залиникос, не мог ей ни в чем отказать, и для Келсиоса, с момента, когда она упала в его руки, цена значения уже не имела. Ванда озвучивала просьбу, не сомневаясь, в просьбе не откажут, он же со своей стороны мог выполнить все её желания, ну почти все за очень редким исключением. Все созданное человечеством, вампир мог подарить девушке не важно кому оно принадлежало. Дело оставалось за малым – озвучить.