— Какой базар, братан? — Коржик полез обниматься. — Можешь оставить ее себе навсегда… Сисястую… Ну, приколол! — он едва не прослезился от смеха.
— Тачку дашь? — спросил Крюков.
— Никаких проблем. Ща свистну, тебя конкретно доставят.
— Не надо, — возразил Крюков. — У тебя тут народу и так немного.
— Зато все пацаны реальные, без базара! А тачку бери любую, какая больше понравится. Вон гараж, ключи на вахте. Ну, пока, братан! Эх. и полюбил я тебя! Но чует мое сердце, больше мы не увидимся…
— Что так, уезжаешь, что ли? — удивился Крюков.
— Не, это мне жопа моя подсказывает, а она меня никогда не обманывает. Пятая точка — шестое чувство. Ну, прощай! Жалко, что мало посидели.
Он крепко обнял Крюкова, оказавшего братку лишь слабое сопротивление. Расставшись с бригадиром, капитан и Анжела прошли к огромному гаражу, заставленному машинами, преимущественно иномарками.
Вероятно, большая их часть была краденой. Охранник дремал возле видеодвойки, где на экране Джеки Чан выделывал умопомрачительные трюки.
Крюков испытывал сильное искушение оседлать «Порше» или «Мерседес», но решил лишний раз не привлекать к себе внимания. Он выбрал вишневую «Ладу» — восьмерку с затемненными стеклами.
Махнув охраннику на воротах, они с Анжелой выбрались на трассу. До города всего километров пятнадцать. Пролететь их при желании можно было за семь-восемь минут, но Крюков поехал не спеша. У него появился шанс пообщаться с «темной лошадкой», как он про себя назвал Анжелу. И упустить такой шанс было бы с его стороны верхом глупости и неосмотрительности.
Сначала они ехали молча. Наконец Крюков не удержался и спросил.
— Как ты очутилась в этой компании? Командировочные за месяц вперед в карты проиграла? Или на новые джинсы подзаработать решила?
Анжела в ответ лишь презрительно фыркнула, как кошка. Но Крюков проявил настойчивость: чтобы разговорить попутчицу, ему пришлось сделать неджентльменский ход.
— Но, если тебе не нравится моя компания, мы можем вернуться, — предложил он. улыбнувшись.
Поломавшись еще с минуту, девушка, наконец, снизошла до разговора.
— Я в кои-то веки выбралась из гостиницы немного размять ноги и посмотреть этот идиотский город… — начала она свою печальную повесть.
— Не бывала здесь раньше? — перебил ее Крюков.
— Никогда, — ответила Анжела, и капитан почувствовал в ее голосе фальшь. — И вдруг меня хватают посреди улицы какие-то менты и везут за город на базу в качестве проститутки для пьяных бандитов!
— А мне показалось, что кто-то хотел тебя наказать за какие-то грешки. Нет? Конечно, нет, это же просто фантазии. Я отвезу тебя прямо в гостиницу. Постарайся до начала шоу больше из нее не выходить, — посоветовал девушке ее спаситель.
— Спасибо, — Анжела была смущена: Крюков не походил на образец добродетели, и такого отношения она от него не ожидала. — Я действительно поняла, чем тебе обязана. Но сначала мне было не до того. Я была в таком состоянии. Да и девчонки эти… Ты обратил внимание на ту — высокую и рыжую?
— Нет, — пошутил Крюков. — Я смотрел только на тебя.
— Нет, я серьезно, — Анжела повернулась к собеседнику. — Тот усатый старшина отзывал ее в сторону и передавал ей что-то.
— Что? Бомбу? Пистолет?
— Хуже. По-моему, это был клофелин.
— Тьфу, блин! — Крюков так резко затормозил, что пассажирка чуть не выдавила головой лобовое стекло. — А что же ты раньше-то молчала?
— Я на тебя обиделась.
— За глупею и сисястую? — невесело усмехнулся Крюков.
— Да, и за это тоже. Мы возвращаемся?
Крюков достал мобильник. До Бормана он дозвонился сразу.
— Алло, это москвич, — представился он. — Я только что узнал — Сидоров прислал Коржику путанок с клофелином. Боюсь, что уже поздно. Перекрой мост. Я еду туда, но у меня один пистолет с неполным магазином. Хоп, буду ждать на месте. — он отключился.
То. что они опоздали, он понял, когда услышал гулкие взрывы с той стороны, где находилась база, и когда мимо них в сторону города промчалась вереница машин с затемненными стеклами. В одной из них наверняка увозили Большого Расула. Это означало одно — феодальная война продолжается…
На пепелище базы он вошел один, оставив Анжелу в машине на трассе. Так было безопаснее для нее.
— Сиди и не дергайся, словно тебя нет. Я сгоняю на разведку.
Ворота базы были сорваны с петель и валялись на земле. Из-под одной створки торчали ноги охранника. Крюков извлек ствол и чуть ли не по-пластунски стал пробираться вдоль асфальтированной дорожки к корпусам. Время от времени он поднимал голову и озирался в поисках хоть каких-нибудь движущихся объектов. Но тщетно.