На сломанные ребра впиваются в легкие, и на него накатывается очередная волна страдания, черные волны исчезают и на мгновение все проваливается в черноту. Где-то с боку прогрохотал взрыв, яркая вспашка приводит в чувство, краем глаза видно как расплываются стальные обломки, горят островки из бензина, тонут, корчатся, силясь удержаться на плаву массивные фигурки. Тридцати килограммовый титановый бронежилет способен любого утянуть ко дну. Ну и черт с ними. А где другой катер? Сознание вновь замутилось, тело перекосилось и влетело в ледяную воду. И нет сил, шевельнуть конечностями, тяжелые оковы тянут вниз. В этот момент чьи-то, пальцы хватают за шкирку. Жесткая хватка напоминает ухватистую лапу жандарма, и отбиваться нет сил, как боксер после нокаута сознание где-то теплица, а тело в отключке.
-Спеленали меня копы. Замели гады!
-Успокойся дядя, здесь нет копов!
Детский голосок успокаивает Фердинанда, в полиции не работают малолетки, да и морское дно не лучшее убежище.
-А вот менты нас могут замести. Пора "найтать" от сюда.
Вор с трудом повернул шею, в него вновь ударила волна страха, а вдруг это "свои" или киллер-кастрат. На него глянуло кукольное лицо, на вид и впрямь мальчишка лет от десяти до двенадцати, не больше. И никаких иных подельников рядом. А откуда тогда этот "сморкатый" взялся.
-Эй ты, шкет! Ты кто?
В груди тяжело булькало, каждое слово вызвало боль. Мальчишка вполне профессионально вел покореженную лодку, словно был прирожденным яхтсменом.
-Я друг!
-А погоняло?
Фердинанду казалось, что он рявкнул, на самом деле из глотки вырвался стон.
-Стальной молот! А по гражданке Питер Сталлоне.
Что-то знакомое, где он об этом слышал? На свежак, может быть, и вспомнит, где засветился этот малолетка.
-Мне, плевать на гражданку?
Кровавый кашель прервал вымученную фразу.
-Лежите пластом дядя! Я найду подходящую хазу.
Фердинанд хотел послать, но язык не слушался, веки отяжелели. Когда он, наконец, очнулся, было уже тихо. Измученная спина, ощущала тепло матраса, хотелось только одного закрыть глаза и провалиться в манящую дремоту.
-Вы уже очнулись. Примите антибиотик.
Мальчишка чуть ли не насильно вложил в рот красные пилюли.
Фердинанд заставил себя выплюнуть. Как знать, не хотят ли ему развязать язычок. Мафия "особенно Борис Моисеевич Злолисс - он же Злой Лис", хитра и изощренна.
-Я тебе не дядя! Вообще ты хоть знаешь кто я?
-Вы мамонт! Кто вас не знает! Великого медвежатника!
После этой фразы Фердинанд расслабился. Если бы синдикат хотел его разговорить, то этот "крот" до конца играл бы в святую невинность.
-Не бойтесь, я вас не выдам. С милицией мне не по пути, а быть шестеркой у мафии, Чертос два!
-Я никого не боюсь щенок. А вот ты сам трясешься от страха!
Мальчишка отряхнул длинные светлые волосы( во сне он не был обрит наголо!), его голос оставался спокойным.
-Не надо так орать. Угроза еще не миновала. Побережье оцеплено спецназом и криминальным сбродом. Мне гораздо безопаснее кинуть вас, а еще проще дать утонуть там в море.
Последний довод был убедителен, это малознакомый шкет спас ему жизнь. Его имя уже давно гремело в криминальном мире и, разумеется, было полно желающих навязаться ему в попутчики. Особенно среди романтически настроенных малолеток, но ему меньше всего хотелось особенно сейчас, когда он зажат между двух огней законом и криминалом: обременять себя желторотым напарником.
-Хочешь стать напарником.
Питер ухмыльнулся:
-Почту за честь.
Фердинанд усмехнулся, дышать стало легче.
-Вот что. Если ты хочешь, что бы я взял тебя к себе, то ты должен: не заметно вернуться на баржу и забрать мои деньги. Они зашиты в большое кожаное кресло, стоящее в капитанской каюте. Вот тогда я назову тебя не фуфлом, а корефаном.
-Я пока плохо владею воровским сленгом, особенно русским.
-Я их фене тоже не уважаю!
Еще бы, какой немец любит российский жаргон.
Мальчишка Питер выскользнул неслышной тенью. Сверкнул голыми пятками, мокрые кроссовки остались на грубо обструганном деревянном полу, и бухнулся в воду.
"Ну и дурак" - про себя выругался Фердинанд. Вода десять градусов, до баржи два км, не меньше. Наверняка замерзнет, захлебнется в кошмарной пучине, а может и к лучшему, что сгинет пацан. Если доплывет там наверняка засада, быстро развяжут язык, а там по наводке и его обнаружат. Как какой это все-таки смазливый белобрысенький ребенок, в кино ему сниматься или в рекламе шампуня "Элита". А за сколько зеленых его можно продать извращенцам? Ну, его к дьяволу, где "сотовик". Непромокаемый аппарат оказался цел, удобно расположившись между спайками бронежилета. Набирая номер, медвежатник с тревогой посмотрел на часы: уже четверть шестого скоро наступит тяжелый осенний рассвет. Фердинанд терпеливо ждал когда, наконец, владелец ответит.
-Колеблется гад!
Наконец раздался знакомый сонный голос.
-Привет мамонт, зачем в такую рань.
-Уже светает. Слушай крендель, если хочешь заработать пару кусков, будь через полчаса на восточной окраине порта. Возле пирса "Император".
-Хочешь там короноваться. В такой дождь.
Фердинанд с трудом сдержал вспышку гнева.
-Еще, одно ослоумие и я срежу гонорар. По сотке за каждое лишнее слово, а потом примусь за уши.
Возникла тяжелая пауза, слышалось сиплое дыхание. Фердинанд слишком хорошо знал "кренделя", готового удавиться за доллар.
-Еду! Только сразу "наликом".
-О чем базар - слово вора!
Затишье всех разморило и, чудный сон продолжался.
Питер Сталлоне с быстротой дельфин рассекал студеную воду. Первая часть плана была выполнена, в решающий момент он выпрыгнул из предельно разогнанного реактивного катера. Таран удался на славу, тем более что в лодке сработала, заранее заложенная взрывчатка. Угнать катер не составило проблемы: дюжина бандитов просто поленилась выставить охранение, и резалась в карты в своем деревянном домике. Ну, а те, кого он таранил, приняли легко бронированный катер за прибывшее подкрепление, спасибо дождю, ночи и крепкой русской водке. Теперь для выполнения задания надо подняться на баржу, а кто даст гарантию, что этот гад дал правильную наводку. Вот тут и проблема, Фердинанд еще пришел в себя и не в состоянии пока сопоставить все факты, но если...
А на барже наверняка засада, может даже с инфракрасным сканером. Правда, скорее всего он настроен на поиск катера или лодки: ну кому придет в голову искать одиноко пловца. Но лучше перестраховаться. Набрав в легкие воздуха, Питер ныряет в глубину. Здесь всего пару дней назад проходила бандитская разборка. Вот он после этого побоища: ныряя, сумел вытащить пару автоматов, гранаты и из колесных шин соорудить подобие акваланга. Простой тайник из утопленной машины, на глубине пятнадцати метров - для него не много. Дверь слегка заело, толща воды давила, а тьма лишь слегка разбавлялась слабой люминесценцией. Далее проще плывешь под водой, ориентируясь, на память и на слабое свечение корпуса. Даже у современного инфракрасного сканера есть мертвые зоны, например, вдоль бортов. Бесшумно выныриваешь, подковыриваешь люк, после вырезаешь иллюминатор и ты на борту. Чувствуется запах сигарет "Тачка" и "Моцарт", тяжелые потные тела, внутри капитанской каюты характерный шум. Женские стоны и мужской мат. Сталлоне аккуратно ступая босыми ножками, подошел к каюте и заглянул в смотровую щель. На кровати лежала голая женщина, а четверка гориллоподобных мужчин, курила здоровенные сигары время, от времени гася их об женское тело.
-Ну, говори сука, где зарылся твой клиент.
Крашенная блондинка тряслась и выла в ответ. Ее нежное стройное тело было покрыто волдырями и ожогами. Большущий как слон изувер, достал из дипломата подобие шокового аппарата, пьяные руки тряслись, и он не сразу всадил в розетку вилку. На дебильной роже мерцала зловещая улыбка.