— Следующего раза не будет. — Сабрина тоже откладывает свое меню. — Я учусь заботиться о себе. Я убрала весь этот беспорядок, оставшийся на кухне, чтоб ты знал. Теперь кухня сверкает чистотой.
— Полагаю, ты нечасто это делала? Уборка? — Я смотрю на ее руки. Костяшки пальцев слегка покраснели, а сбоку на большом пальце неглубокий порез, как будто она порезала его чем-то в раковине. — Наряду с приготовлением пищи, вождением автомобиля и изучением основ безопасности на дороге?
— Ты только что указал на мои недостатки на первом свидании? — Сабрина стучит пальцами по ламинированному меню. — Далее ты будешь критиковать то, что я заказываю на ужин?
— А что ты заказываешь?
Она делает паузу, ее губы на мгновение сжимаются.
— Салат Кобб.
— Серьезно?
Ее глаза сужаются, и я знаю, что она обо всем этом думает.
— Давай, принцесса. Поживи немного. Получи что-то, что ты не могла бы получить в Чикаго, или, по крайней мере, не так хорошо, как ты могла бы получить это здесь. — Я иду вперед, нажимая на меню. — Закажи что-то необычное для себя.
Сабрина смотрит на мой палец, зависший над гамбургером с олениной.
— И картошку фри тоже, — добавляю я. — С тобой все будет в порядке. Могу поспорить, что ты не ела полноценно с тех пор, как переехала сюда. Я все равно плачу, так что, возможно, тебе понравится.
Сабрина прищуривается на меня.
— Я могу заплатить за свою половину.
— Конечно, но ты не собираешься. Я пригласил тебя на свидание, поэтому я плачу.
— Ты высокомерный, ты знаешь это? — Она хмурится. — Похоже, это одна из главных черт твоего характера.
— Я думаю, тебе именно это и нравится.
Она колеблется, и я знаю, что задел нерв. Официантка выбирает этот момент, чтобы появиться снова, немного разрядив напряжение, и мы оба делаем заказы. Я ростбиф с соусом из хрена и картофелем фри из сладкого картофеля, и я уже жду, пока Сабрина бросит мне вызов и закажет себе салат Кобб. Но бургер, должно быть, возбудил ее интерес, потому что она заказывает его, средней прожарки, со всеми начинками. И порцию картофеля фри с пармезаном.
— Почему ты переехал сюда? — Спрашивает она, когда официантка уходит. — Ты немного знаешь, почему я это сделала. Но, судя по тому, что я слышала, ты проскользнул и довольно внезапно занял место Уэйна. Ты его хорошо знаешь?
— У меня есть связи. — Я делаю глоток эля. — Ты, должно быть, знакома с ним, раз уж называешь его по имени.
Сабрина действительно смеется над этим, и это один из первых настоящих ее порывов, которые я услышал от нее.
— Нет, — признается она. — Я встречала его только один раз, когда он появился так же, как и ты, проверяя нового жителя города. Но, кажется, все в городе знали и любили его. А Мари так часто обращается к нему по имени, что, мне кажется — это естественно. — Она колеблется. — Может быть, я начинаю немного приходить в себя.
— Это же хорошо, правда? Ты собираешься остаться здесь, не так ли?
Сабрина снова колеблется, затем кивает.
— Да. Во всяком случае, в обозримом будущем. У меня нет… у меня сейчас много планов. Некоторые вещи мне пришлось оставить довольно резко. Семейные проблемы.
— Семья может быть трудной. — Я наблюдаю за выражением ее лица, когда я это говорю, и мне любопытно, даст ли она мне еще. Но она лишь сухо смеется.
— Ты и понятия не имеешь.
— Я бы не был так уверен в этом. — Я усмехаюсь, и тянусь за элем. — У всех нас есть семьи, близкие или далекие.
— Хочешь рассказать мне о своей? — Она наклоняет голову, и я плотно сжимаю губы.
— Не особо. Хочешь рассказать мне больше о себе?
Сабрина быстро качает головой.
— Нет. Не особо.
— Ну, тогда. — Я делаю еще глоток и ставлю стакан обратно. — Тогда мы пока воздержимся от этой темы.
Через мгновение официантка приносит нам еду, ставит ее перед каждым из нас и спрашивает, нужно ли нам что-нибудь еще. Глаза Сабрины расширяются от размера бургера перед ней.
— Мне придется забрать половину домой.
— Ну, это на один обед меньше, чем ты рискуешь сжечь свой дом, пытаясь его приготовить.
Она фыркает, берет картофель и макает его в формочку с кетчупом.
— Так я полагаю, ты потрясающий повар.
— Я справлюсь, если понадобится. Но в основном я хожу куда-нибудь поесть, — признаюсь я. — Во всяком случае, ужин. Я могу взбить яйца и пожарить бекон на завтрак, а на обед приготовить сэндвич. Но готовка — не моя сильная сторона.
— Но должна быть моей? — Сабрина лукаво смотрит на меня. — Почему? Потому что я женщина?
Я усмехаюсь.
— Нет. Но я думал, что ты, по крайней мере, сможешь попытаться, не поджигая сковороду. Это почти впечатляющий уровень неудач. Не могу сказать, что со мной когда-либо такое случалось.