В этом есть смысл, и я чувствую облегчение, как будто что-то раскручивается у меня в животе. Я откидываюсь на подушки и хватаюсь за плед, когда прохладный воздух начинает ощущаться, от чего у меня покалывает кожа, что замечает Каин, скользя на кровать рядом со мной, пока я укутываю себя одеялом.
— Ты хочешь, чтобы я ушел, принцесса? — Спрашивает он, протягивая руку и касаясь моего подбородка одним пальцем. — Я уйду, если хочешь.
Я качаю головой, внезапно осознав одну вещь. Я не хочу снова оставаться одна, по крайней мере, пока.
— Нет, — говорю я тихо. — Оставайся столько, сколько хочешь.
14
КАИН
Пока она говорит это, я смотрю на нее, рассматривая ее все еще покрасневшие щеки и спутанные волосы.
— Тогда нам нужно принять душ, если я собираюсь остаться еще. Мне следовало привести себя в порядок после драки еще несколько часов назад. Хочешь показать мне, где душ?
Сабрина колеблется лишь мгновение, но в эту короткую секунду я не могу не задаться вопросом, о чем она думает. Неужели идея разделить душ слишком интимна для нее, хотя всего несколько минут назад я был полностью внутри нее?
Ее глаза сужаются, как будто она меня на чем-то поймала.
— Ты знаешь, где мой душ, — обвиняет она. — Ты уже был в моей ванной.
Моя улыбка превращается в дразнящую ухмылку, когда я выдерживаю ее взгляд.
— Может быть, я забыл, как туда добраться.
Она коротко закусывает губу, а затем кивает и соскальзывает с кровати, все еще полностью завернувшись в плед. Я знаю, что мне не следует смеяться, но я ничего не могу с собой поделать. Звук вырывается из меня прежде, чем я успеваю его остановить, и Сабрина замирает, поворачиваясь и глядя на меня прищуренными глазами.
— Что? — Спрашивает она с некоторой злобой в тоне, и я усмехаюсь.
— Просто… я не видел, чтобы женщина когда-либо делала такое, кроме как в кино. Вставала после секса, и заворачивалась в плед. — Я указываю на вязаный плед, обернутый вокруг ее груди.
Щеки Сабрины краснеют.
— Я никогда раньше ни перед кем не была обнаженной, — огрызается она. — Мне не совсем комфортно голой с важным видом идти в ванную.
Я пожимаю плечами.
— Как хочешь, принцесса. Просто пошли с мной.
Ее глаза чуть-чуть расширяются, но она все равно ведет меня по коридору. Я уже знаю, где находится душ, но хочу, чтобы она мне показала — главным образом потому, что я хочу, чтобы она была там со мной. Я еще не готов позволить ей уйти от меня, пока воспоминания о ее мягкой коже и губах, о ее тепле, окутывающем меня, все еще так близки.
Я включаю душ, как только мы заходим внутрь, и смотрю на Сабрину, второй раз за вечер раздеваясь. Ее рука сжимает плед на груди, и я поворачиваюсь к ней, снова полностью обнаженным, когда делаю шаг вперед и зацепляюсь пальцем за складку прямо над ее грудью.
— Пойдем со мной в душ, принцесса, — шепчу я, дергая за складку.
Сабрина отпускает. Плед спадает, и она снова обнажена, вся эта кремовая, все еще покрасневшая кожа видна моему взгляду. Я смотрю вниз на вершину ее бедер и вижу следы моей спермы на коже, капающие из нее.
Мой член дергается, набухает, и Сабрина кусает губу.
— Что бы ты сказала, если бы я сказал, что собираюсь тебя снова трахнуть? — Бормочу я, делая шаг вперед, чтобы у нее не было другого выбора, кроме как отступить к стойке. — Снова наполню тебя так, чтобы с тебя по-прежнему капала моя сперма?
Сабрина мгновенно краснеет, румянец разливается по всему ее телу.
— Думаю, мне слишком больно еще, — решается она, и я мрачно посмеиваюсь, запирая ее в клетку, когда пар из душа начинает наполнять комнату.
— Теперь ты моя, зайчонок. — Я поднимаю руку и провожу костяшками пальцев по ее скуле. — Если хочешь выбраться из ловушки, дай мне знать. Потому что в противном случае я буду делать со своей маленькой игрушкой все, что захочу.
Мой член напрягается еще сильнее, поднимаясь с ноющей пульсацией, когда Сабрина смотрит на меня своими фарфоровыми кукольными глазами, широкими и голубыми.
— Я…
— Хочешь уйти, зайчонок?
Она закусывает губу, явно боясь снова принять мой член. При этом осознании меня охватывает волнение, оно пробегает вверх и вниз по моему позвоночнику, возбуждая меня почти до боли. Она резко трясет головой, и мне приходится изо всех сил удержаться, чтобы не перевернуть ее и не перегнуть через стойку в ванной. Я почти чувствую, как ее влажное тепло снова сжимается вокруг моей набухшей головки члена.