Я закрыла глаза и взмолилась вселенной о милосердии. Что нам теперь оставалось делать? Погрузить в грузовик и отвезти в местный банк? Это был бы верный способ привлечь внимание Корпорации, словно этой бойни было недостаточно.
Я услышала приглушенный звук и удар, затем Матильда вернулась в хранилище, прикрывая рот рукавом. Она плюхнулась на гору золотых слитков и положила подбородок на ладонь.
— Мне нужно подумать.
Нам обеим нужно. Технически, этот беспорядок в моем городе. Матильда могла бы уйти отсюда и не оглядываться. Однако, мне повезло меньше.
— Возможно, я действовала поспешно, — призналась она.
Тихо застонав, я закрыла лицо руками.
— Насколько им будет известно, Соломон уничтожил головы демонов после ссоры.
Я посмотрела на нее.
— Тогда кто уничтожил Соломона?
— Это трагедия Шекспира. — она обвела рукой вокруг. — Все умирают.
— Они проведут расследование. Фэрхейвен, в конечном итоге, окажется под изучением. — значит, и я окажусь под изучением.
— Они никогда не узнают, что ты здесь была. — она схватила меня за локоть. — Возвращайся в свой огромный дом. Я наведу порядок и позабочусь, чтобы не осталась никаких следов о нас.
— И мы просто оставим здесь это гигантское количество сокровищ?
Она бросила торжественный взгляд на гору золота.
— На время.
Глава 10
Стресс от событий на Торо стрит продолжался и на следующий день. Я боролась с перебоями в работе интернета в поисках идей, как разобраться с ситуацией с сокровищами, не подвергая опасности весь город. Неудивительно, что для это не нашлось простых поисковых запросов. Это совсем не напоминало поиски рецепта мясного рулета.
Я получила сообщение от Гюнтера, что прощание с Чарльзом Даймондом состоится завтра, но мага похоронят не на моем кладбище. Тело Даймонда предадут земле на новом кладбище с другой стороны города. Я поблагодарил его за последние новости, хотя уже знал, что на моем кладбище в будущем не будет никаких захоронений.
Интернет с трудом справлялся со скоростью моих поисковых запросов. По какой-то причине стук по боковой панели компьютера не возымел эффекта. Я бала благодарна Стивену, внуку бабули Пратт, за починку компьютера, но был прав… мне нужен новый. Добавим это к списку вещей, которые нужны Лорелее.
С каждой минутой сокровище все больше манило. Хотя, очевидно, это были кровавые деньги. Напоминало кражу у мафиози, чьи деньги на самом деле не были их деньгами. Они принадлежали их жертвам, и я не смогла бы спать в доме, которые отремонтирован на нечестно полученные деньги. дедушка воспитывал меня иначе.
Я прекратила поиски в интернете и вернулась к «Полной истории Фэрхейвена», книге, которую я уже несколько раз продлевала в библиотеке. Мне было любопытно, в какой момент Хейли пришлет мне электронное письмо с предупреждением, что я исчерпала свои возможности. Очевидно, больше никто не горел желанием погружаться в историю города. Еще одно свидетельство их намеренного забвения.
Я пролистала главы, все еще размышляя о судьбе дома и его сокровищах. Я не могла передать дом Фатиме на продажу, пока существовал «оффшорный счет». Я бы обрекла на гибель всех несчастных, купивших эту недвижимость.
Мои мысли постоянно возвращались к Брюсу. Хотя я знала, что не мои способности его убили… не напрямую… я все равно испытывала чувство вины. Чем больше я размышляла об этом, тем хуже мне становилось. В конце концов, у нас с Брюсом было что-то общее. Мы оба прятались ради защиты. Ладно, ладно.
Он защищал сокровища для могущественной и безжалостной организации, но разве это хуже, чем защита по эгоистичным причинам, каковыми, несомненно, были мои собственные? Я тоже могла быть могущественной и безжалостной, когда дело касалось моего выживания.
Я задалась вопросом, что сподвигло Брюса взять на себя роль защитника Корпорации. Деньги? Безопасность? Вера во что-то большее, чем он сам? Или его вынудили.
В отличие от Чарльза Даймонда похорон Брюса не было. Это казалось несправедливым. Даймонд был придурком и убийцей в придачу, но его коллеги придут выразить свое почтение. Где члены Корпорации? Почему они не оплакивали потерю одного из своих?
Я знала почему. Потому что Брюс был для них всего лишь пешкой. Объектом, который можно использовать, а затем выбросить, когда он больше не нужен.
— Мы должны устроить похороны Брюса, — сказала я вслух. Он заслужил лучшей участи, чем та, которую я ему уготовила. Судьба, которую он должен был предугадать в тот день, когда они залезли ему в мозги.