Ещё одна пауза. «Спасибо», — говорит Шелли. Затем добавляет: «Кобра не хочет продолжать».
«Всё в порядке», — говорит Дюран. «Сердце нужно срочно отправить; мы должны выполнить заказ не раньше девяти часов вечера и не позже десяти. Сердце жизнеспособно только в течение шести часов после смерти и должно быть доставлено в самолёт по расписанию. Всё, что мы получим за остальные предметы, — это бонус».
«Представьте, что вы заплатили сто миллионов долларов за сердце», — говорит Шелли.
«Это нетрудно представить. Нужно соответствовать множеству критериев, нужно попасть в список, нужно ждать своей очереди. Богатые люди не склонны ждать своей очереди. Особенно когда их жизнь висит на волоске. Хуже того, отказ приёмной комиссии — это смертный приговор».
Из коридора доносится стук по клавиатуре. Пауза, и Шелли говорит: «Python готов предложить десять миллионов за печень целиком».
«Ага, — говорит Дюран. — Мне нравится, когда игра становится интересной. У нас есть три доли на продажу. Каждая из них сама по себе жизнеспособна. Вопрос в том, стоит ли целое больше суммы его частей?»
«Анаконда и Раттлер готовы заплатить по три и четыре доллара за долю».
«Отлично. Нам нужна дополнительная заявка на три».
«У меня есть пара потенциальных игроков».
«Имейте в виду, — говорит Дюран, — если сумма трёх не превышает десяти миллионов, все три проигрывают. В этом случае у всех есть стимул повысить свои ставки».
«Я сделаю всё, что смогу. В любом случае, у нас есть минимум в десять миллионов».
«Посмотрим, как далеко мы сможем зайти с этим».
В голове каша, я отступаю от двери и быстро иду к пожарной лестнице. Открываю дверь, вхожу и тихо закрываю её за собой. Дюран и Шелли так небрежно обсуждали продажу краденых органов. Казалось, их это ничуть не трогало. Дюран, должно быть, хирург. Если человек может быть настолько отстранён от мясничества, он наверняка способен уничтожить тело так же тщательно, как были уничтожены Тейлор Пёрди и Бейли Митчелл.
Какое извращенное удовлетворение он мог получить, совершая такую бойню?
И Шелли. Ей, должно быть, нравится смотреть.
Но… и обаифо тоже .
Я поднимаюсь по двум пролётам лестницы на первый этаж и возвращаюсь в консультационную. Снимаю халат и вешаю его на вешалку.
Вернись к креслу и сядь. Я получил то, за чем пришёл, так что к чёрту всё, мне лучше уйти. Они подумают, что я устал ждать. Я встаю.
Раздаётся стук, и дверь открывается. В комнату заглядывает молодой человек в лабораторном халате. «Я доктор Спенсер. Извините, что заставил вас ждать».
Я улыбаюсь. «Всё в порядке, доктор. Я как раз собирался уходить».
«Лучше я проведу быстрый осмотр».
«Нет, спасибо. Мне гораздо лучше».
Я извиняюсь и прохожу мимо врача. Через пять минут я уже на улице и иду к парковке.
В РЕШЕРКШН-ПЭРИШ немного жарко из-за разгуливающего по округе шерифа Кеннеди.
К этому моменту она уже знает, что я убил ещё четверых наёмников Луки. Она изучила мой послужной список. Видела мою квалификацию, назначения, загадочное досрочное увольнение. Потом — ряд контрактных должностей с тщательно отредактированными описаниями. Многие из них с грифом «СЕКРЕТНО». Она знает, что вокруг прихода Воскресения вращается какая-то машина смерти.
Она не узнает о Бастьене и Реми, и это хорошо. У Луки достаточно ресурсов, и я не хочу, чтобы он подсылал к Альбертине и её друзьям в Ресеррекшн-Байю.
Я еду на восток, в округ Джефферсон, и нахожу «Макдоналдс». Заказываю кофе и черничный маффин. Паркую «Таурус» в укромном уголке. Беру телефон и звоню Штейну.
«Я не хочу знать, как ты это получил». Штейн, очевидно, просматривает файлы, которые я отправил ей по электронной почте.
«Я украл их у Resurrection General. Безопасность у них не очень, но они обнаружат эту активность при регулярных проверках внешнего трафика. Служба безопасности Луки проверит вашу почту».
«Вот это да, они удивятся», — усмехается Штейн. «Нет, думаю, Лука уже догадывается, с кем имеет дело. Он начинает волноваться».
«Он играет по-крупному. Хочу прояснить для вас, что вы сейчас видите».
"Стрелять."
«Лука торгует органами. Думаю, они планируют сегодня вечером расчленить Роуэна.
Ее сердце будет продано за сто миллионов долларов».
Штейн ахнул. «Так много?»
«Я слышал, как медсестра Шелли и доктор Дюран проводили аукцион прямо в подвале больницы Воскресения. Сердце было спецзаказом. Четырехочковый матч, что бы это ни значило. Спросите своих патологоанатомов — должно быть, именно для этого и нужны все анализы. Они принимают пациентов, убежавших из больницы, и проводят полное обследование.