— И что ты заметил? — Сбивчиво спрашиваю я. Понятия не имею, хочу ли я услышать ответ. Но пути назад нет. — Что так тебя поразило, что ты устроил слежку?
— Не хочу рассказывать.
— С чего вдруг?
— Не знаю. Это пугает меня, наверно. — Хэйдан потирает пальцами лицо и хмыкает. В его глазах мелькает усмешка. — Я ведь трус. И всегда им был. Года в три ехал на карусели такой, паровозике, и думал, черт подери: мне конец. Мы все умрем.
— Хэрри, рассказывай.
— Но…
— Рассказывай! — Я смотрю парню прямо в глаза и стискиваю зубы. Он должен прямо сейчас объяснить мне, в чем дело. Прямо. Сейчас. — Давай.
Хэйдан застывает на несколько секунд, а затем послушно отрезает:
— Я опаздывал на воскресную службу. Все уже собрались в церкви. На площади было тихо и пусто. Правда, потом я заметил человека у дверей. Это была твоя тетя Норин. Меня в то время еще не волновали все эти штучки, и рассказы людей не волновали. Я подошел к ней, хотел поздороваться… А потом увидел, как она пытается достать до дверной ручки.
— И?
— У нее не получалось.
— В каком смысле?
— Не знаю, как это объяснить. Правда, не знаю! Она протягивала пальцы, но какая-то сила не давала ей прикоснуться к двери. Будто бы стена.
— О чем ты говоришь, — испуганно шепчу я.
— Она рычала, твоя тетя, ее лицо…, оно было бледное.
— Рычала?
— Скорее шипела, как змея. Отчаянно пыталась прикоснуться к двери и злилась, что у нее не получается. Я жутко испугался. Сказал что-то, она меня заметила, резко вывернув в мою сторону голову. А потом побледнела еще сильнее, хотя, признаться, я и не думал, что кожа у людей бывает такого цвета, и убежала.
— Убежала.
— Да.
Мы молчим. Хэйдан смотрит на меня, я смотрю на него, а сказать нечего. О чем этот парень толкует? Он что — спятил? Это ведь невозможно. Чушь.
— Интересная пилотная серия в твоем сериале. — Наконец, выпаливаю я и продолжаю идти в сторону дома. Хэрри бежит за мной.
— Ари, подожди.
— Ты сам себя слышишь? Моя тетя рычала? Пыталась прикоснуться к дверям церкви, но не могла? Что это вообще за выдумки?
— Но это правда! — Горячо восклицает парень.
— Правда? Это бред.
— Зачем мне тебе лгать?
— Откуда я знаю! Разве человеку, который увлекается сталкерскими штуками, можно доверять? Нет. Вряд ли.
— Ничем таким я не увлекаюсь. Я просто хочу понять, что видел.
— И какие предположения?
— Ну…
— Что?
— Ты сама знаешь.
— О чем знаю? — Неуклюже врезаюсь пятками в землю и лихо оборачиваюсь, едва не столкнувшись с парнем лицом. — Что тетя Норин — ведьма, которой Господь Всемогущий не позволяет пересечь порог церкви?
— Я понимаю, звучит это странно.
— Не просто странно, Хэрри. Попахивает сумасшествием. Но…, окей. — Я прохожусь ладонями по волосам и сглатываю. — Допустим, ты не врешь. Тогда выходит, что и я…
— Наверно. — Нерешительно соглашается парень. — Чисто теоретически.
— Чисто теоретически мне бы сейчас ударить тебя, Хэрри Эбнер Нортон, и уйти.
— Но ты ведь не сделаешь этого.
— Возможно. Я подумаю.
Озадачено оглядываюсь и прикусываю губу. Итак, кажется, парень спятил. Но он же не может спятить одновременно со мной, а я ведь тоже вчера видела нечто довольно-таки странное. Так, вдруг мы не ошибаемся?
Неожиданно вижу перед собой церковь. План в моей голове созревает молниеносно. Я тяжело выдыхаю и срываюсь с места.
— Ты куда? — Не понимает парень.
— Теорию проверяют на практике.
— В смысле?
— Если тетя Норин не смогла пересечь порог церкви, то и я не смогу. Верно?
— Ты хочешь попробовать?
— Я хочу убедиться в том, что у тебя поехала крыша.
Замираю перед высоченными, деревянными дверями и втягиваю в легкие воздух. Не любила никогда подобные места. Может, теперь моя неприязнь обретет смысл?
Так. Соберись. Я вытягиваю руку и с силой стискиваю зубы. Не сходи с ума, Ари, ты не делаешь ничего опасного или противоестественного. Просто открой дверь.
— Давай, — шепчу я, распахнув глаза так широко, что их щиплет, — давай же.
Я протягиваю ладонь, сглатываю и осторожно касаюсь пальцами медной и потертой ручки. Жду грозу, ливень, жаб в виде осадков, однако ничего не происходит. Внутри сразу же становится так спокойно, что у меня подгибаются колени. Черт возьми. Солнце палит с прежней силой, на небе ни облачка. Да и чувствую я себя нормально.
Перевожу взгляд на бледного Хэрри и торжественно объявляю: