— Симпатичная. — Скептически нахмурив брови, повторяю я.
— Хэйдан, конечно, влюблен в свою Каролину с четвертого класса, но он легко может потерять голову. У него странные вкусы, друзей мало. А тут являешься ты, и вы решаете отправиться куда-то посреди ночи. Это настораживает.
Что? О чем он вообще говорит? Я недоуменно свожу брови и отрезаю:
— Т ебя это не касается.
— Мне это не нравится.
— А мы и не должны спрашивать у тебя разрешения.
— Не должны. — Соглашается он. — Но одних я вас не отпущу.
— О, Господи. — Усмехаюсь я и сплетаю на груди руки. — Ты серьезно?
— Да. — Парень выпрямляется и теперь кажется мне просто гигантским. Он и раньше был высоким, но на сей раз его тень полностью накрывает мое лицо. — Куда вы едете?
— По делам. — Не сдаюсь я. Не хочу, чтобы Мэтт узнал что-то о моих тетях. Он ведь единственный человек, который не считает меня ненормальной. — Ты с нами не поедешь.
— А я и не должен спрашивать у тебя разрешения, Ариадна, — язвит он, и я удивленно вскидываю брови. Ого, оказывается, этот парень слышал о таком явлении, как «сарказм».
— Тебе это не понравится.
— Мне это уже не нравится.
— Мэтт…
— Ари, я не отпущу Хэрри одного. Я с ним, куда бы он ни пошел.
— Но ему не пять лет.
— Какая разница? И в пять и в пятьдесят он будет моим братом.
Задумчиво пожимаю плечами. На самом деле, мне нравится, что Мэтт так печется о Хэйдане. В этом есть что-то похвальное.
— Ладно, — я вздыхаю. — Дело твое, но не говори потом, что я тебя не предупреждала.
— Договорились. Так что вы собираетесь делать?
Поджимаю губы: почему-то я уверена, что Мэтту наша идея по душе не придется, но что поделать. Он сам напросился… А мог ведь сидеть дома и болтать по телефону со своей ненаглядной Джил, с-которой-он-уже — до — мелочей — продумал — будущее.
Я подхожу к парню ближе и серьезно свожу брови. Нет ничего весело в том, что мы собираемся сделать. Нам нужно или прямиком направляться в клинику для умалишенных, или быть предельно осторожными.
— Мы собираемся проследить за моими тетушками.
Мэтт хлопает густыми, черными ресницами и переспрашивает:
— Что?
— Ты услышал.
— Зачем, Ари?
— Норин и Мэри-Линетт что-то скрывают. — Я пожимаю плечами. — Я хочу выяснить, что именно. Это важно.
— И делать это надо сейчас, да? — Парень хмыкает, передернув плечами. — Классика.
— В каком смысле?
— Вы не хотите справляться с проблемами утром, вам подавай драму.
— Я не виновата, что мои тети отправились, черт знает куда, именно в полночь.
— Но разбираться решила ночью. Ведь нельзя завтра спросить у них за завтраком: эй, а куда вы вчера уезжали так поздно? Надо пуститься, сломя голову, по ночной Астерии.
— И где гарантия, что они скажут правду? Я должна увидеть все своими глазами.
— Что ты собираешься увидеть, Ари?
— Мэтт, я не заставляю тебя идти с нами.
— Ответь. В чем дело? — Парень серьезно морщит лоб и глядит на меня пронзительно, мне даже не по себе становится. — Почему твои тети вообще ночью куда-то поехали?
— Это я и собираюсь выяснить. — Сглатываю и поправляю ворот куртки. Неожиданно на улице становится очень холодно, и я рада, что накинула ветровку. — Люди вокруг, то и дело шепчутся. Ты знаешь. А тети ничего мне не рассказывают.
— Может, им и нечего рассказывать.
— Я так не думаю. Они что-то скрывают, я хочу понять, что именно.
— Как? Мы уже пять минут стоим здесь. Если они куда-то и поехали, нам их уже не нагнать. Ты ведь это понимаешь?
— Поэтому я и написала Хэрри… Мэтт, я не хочу, чтобы у него были проблемы. — Я гляжу на парня и протяжно выдыхаю. — Но он знает, куда они направились.
— Что? — Удивляется парень. — Откуда? Он что — следит за ними?
Не отвечаю. Мне внезапно кажется, что лучше я оставлю последнее слово за Хэрри. Пусть сам попытается объяснить брату это странное недоразумение.
Неожиданно из-за угла, грохоча, выкатывается старый темно-синий пикап. Вот черт, от него больше звука, чем от падающего самолета! Я закатываю глаза. Отлично. Зарычав, машина тормозит перед нами с Мэттом, и из трубы со свистом вылетает черный дым.
О, Господи. Только идиот не заметит эту колымагу.
Хэрри довольно помахивает мне из окна.
— Садитесь! — Зовет он. — Ну же, давайте!
Забираюсь в салон. Мэтт запрыгивает рядом. Передние сидения тут совмещенные, и мы вполне спокойно помещаемся втроем. Я перевожу пронзительный взгляд на Хэйдана.
— Знаешь, «Гринпис», наверняка, уже выслал карательный отряд.
— И тебе привет, Ари.
— Серьезно, Хэрри, эта машина привлекает больше внимания, чем новенький Ягуар.