— Пойдемте. Медленно.
— Но…
— Ари, — рычит он, подталкивая меня руками, — живо.
Хэрри берет меня за руку, тянет за собой. А Мэтт ждет, пока мы отойдем хотя бы на пару шагов. Я успеваю только вытянуть ногу, как вдруг происходит нечто невообразимое. По лесу проносится оглушающий волчий вой. Т акой, что кровь стынет в жилах, а в глазах темнеет от ужаса! И через пару мгновений сквозь сплетенные, толстые ветви выпрыгивает огромное, иссиня-черное животное, которое в кромешной темноте похоже на гигантское чудовище, монстра из кошмаров. Я в панике застываю. О, Господи.
— Мэтт!
Парень ошеломленно стартует, смяв под ногами копну листьев, а животное подается вперед, издает клокочущий рык и, скрипя когтями о засохшую землю, срывается с места.
— Живо! — Орет не своим голосом Хэйдан и дергает меня на себя. — Давай же!
Мы оторопело несемся сквозь темноту, абсолютно не понимая, что происходит. Мне даже кажется, что бегу не я, и сердце по ребрам тарабанит не мое. Смотрю назад, замечаю, как усердно работает руками Мэтт, и подавляю застрявшие в горле всхлипы. О, Боже.
Животное разрывает пугающую тишину еще более пугающим рычанием! И голова в ту же секунду наполняется ядовитым ужасом, спутывающим мысли. Ноги ноют. Ребра так горят, что я чувствую жар, прорывающийся сквозь куртку, и мне хочется кричать изо всех сил, но я понимаю, что в этом нет смысла. Нужно просто бежать. Бежать. Бежать.
— Ари! — Внезапно взвывает Хэйдан и валится вниз. Парень прокатывается по корням деревьев, врезается в землю и застывает, откинув назад голову. Черт! Я кидаюсь к нему.
— Нет, Хэрри, нет, вставай, вставай! — Я тащу Хэйдана за плечи. — Вставай!
Он, покачиваясь, поднимается на ноги, облокачивается об меня. Я собираюсь бежать дальше, но внезапно замечаю, как на нас летит гигантское черное пятно.
Я уверена, это последний момент в моей жизни. Темнота, ужас. Неужели это все, что я почувствую, прежде чем умру? Глупо. Но…
Неожиданно перед нами возникает Мэтт. Он лихо размахивается, рычит, и чудовище сталкивается с толстенной веткой, которая ломается с глухим треском в его пальцах, едва врезается в уродливую морду. Я распахиваю глаза. О, Боже. Мэтт, тяжело дыша, глядит на свои руки и передергивает плечами. Господи. Черт подери.
— Быстрее, — шепчет он, откашливается и повторяет уже громче, — быстрее!
Мы срываемся с места. Вот уже видны красные габариты машины! Дьявол, я должна добраться, я должна это сделать! Резче работаю руками. Давай. Давай!
Парни несутся рядом, топот от наших кроссовок эхом разносится по лесу, отражаясь от слившихся с ночью стволами деревьев. И мы бежим, раскрыв от усталости рты! Бежим и смотрим на старый, разваливающийся пикап Хэрри, как на райские врата!
— Хэйдан, ключи! Доставай ключи!
Рык за спиной становится таким оглушающим, что я предвкушаю толстенные лапы зверя на своих плечах! Вижу, как Хэрри вытаскивает из кармана звенящую связку ключей. Он врезается в крыло машины, как торнадо, распахивает дверь, усаживается за руль, а мы с Мэттом стремительно оббегаем пикап. Совсем чуть-чуть! Совсем! На повороте я едва не поскальзываюсь, но хватаюсь за кузов и выравниваюсь. Открываю дверцу, запрыгиваю в салон, оборачиваюсь и внезапно замечаю два красных глаза прямо за спиной Мэттью.
О, Боже.
— Мэтт, Мэтт! — Ловко подаюсь вперед, хватаю парня за кофту и дергаю на себя. Тут же Хэрри газует, машина срывается с места, и дверь мы захлопываем уже на ходу, оставив позади воющее и скрипящее когтями об асфальт чудовище.
Проклятье.
Сижу, облокотившись о потное, вздымающееся тело Хэрри. Во взвывающих от боли пальцах сжимаю кофту Мэтта. Парень валяется на мне. Какое-то время мы просто молчим и дышим так громко, что заглушаем рычание двигателя, но затем молчание прерывает мой сорвавшийся с губ смех, я откидываю назад голову, чувствую, как вздрагивает Хэйдан, и в истошном приступе паники, который случается лишь у сумасшедших, начинаю хохотать, как будто только что посмотрела самую смешную комедию в мире.
Уже через несколько секунд мой смех подхватывают и парни. Мэтт приподнимается, хватается ладонями за лицо и взвывает:
— Вот же дерьмо!
— Дерьмо было бы, если бы мы там остались! — Вяло улыбаясь, сообщает Хэрри, и на моем лице застывает задумчивое выражение: черт, умереть в лесу, потому что мы гнались за моими тетушками, которые вроде бы как практикуют вуду магию — паршиво.