Ты находишь логичным, когда человек одну за другой убивает и уродует четырех беспомощных девочек-проституток?
– Да нет, тут другое. Почему "уродует"? Он поступает совсем не так, как какой-нибудь псих-маньяк, сдвинувшийся на каннибализме, сексуальных извращениях или тому подобном. В архивах ФБР полно материалов такого рода. Этот убийца выпадает из общего ряда: нет угроз, издевательских писем в полицию, отсутствуют признаки изнасилования... а между тем все это обычно сопровождает преступления маньяка, настоящего маньяка – сумасшедшего.
– В таком случае, Майк, нам следует искать убийцу, у которого имеются, прости Господи, вполне логичные основания для совершения преступлений.
Майк поджал губы.
– Я высказал свое предположение. Более того, думаю, что Томлинсон исходил из той же предпосылки.
– Просто в голове не укладывается. Человек, совершающий такое, не может быть нормальным. Надеюсь, вам скоро удастся схватить его, если, конечно, бросить на это все силы.
– И рад бы разделить твой оптимизм, Бен, да не хочу врать: расследование топчется на месте. Если мы и продвинулись, надежда на положительный результат постепенно тает.
– Ладно, спасибо за информацию, Майк. Дай знать, если выяснишь что-нибудь о членах клуба "Детский сад". Я тебе завтра обязательно позвоню.
– Можете не суетиться, Кинкейд, – произнес Блэквелл. – Завтра истекает данный вам срок, так что я непременно навещу вас. Пресса нуждается в подозреваемом. И она получит его.
– В любом случае, да?
Блэквелл снова шагнул вперед и остановился так близко от Бена, что он почувствовал его неприятное горячее дыхание.
– Совершенно верно, Кинкейд. В любом случае.
Глава 38
Через несколько минут после ухода Майка и Блэквелла в кабинет Бена впорхнула Кристина, которая тут же устроилась в своем любимом кресле.
– Дженис передала, что ты искал меня.
– Кристина, – сказал Бен, усиленно потирая руки. – Мне позарез нужна твоя помощь.
– Конечно. Не вижу причин для волнений. По-моему, я никогда не отказывала тебе в помощи.
– Это особый случай. Я хочу предпринять сегодня вечером одну вылазку. Провести, так сказать, оперативное расследование на местности. Вместе с тобой.
– Сегодня вечером? Мог бы предупредить заранее. А если у меня другие планы на вечер? Например, свидание?
– Придется его отменить. Времени в обрез.
– Почему?
Бен ослабил галстук.
– Незадолго до тебя меня навестил шеф полиции Блэквелл.
– Эта дубина? Со своей навязчивой идеей твоего ареста?
Никогда в жизни! Он не сможет доказать твоей вины.
– Ты думаешь? В полиции такие мастера – сфабрикуют любое дело, особенно когда у них нет выбора. В любом случае, арест подорвет мою профессиональную репутацию, и, если я попаду в тюрьму, мне уже никогда не узнать, кто же все-таки убил Говарда Гэмела.
– Хорошо, убедил. Сколько у нас времени?
– Меньше двадцати четырех часов.
Кристина поперхнулась.
– Итак, сегодня вечером. Расскажи мне, в чем дело.
Бен поведал Кристине новую информацию, добытую сержантом Томлинсоном.
– То, что все четыре жертвы – несовершеннолетние проститутки, может навести нас на какой-нибудь след. Мы уже пытались выяснить что-либо здесь, в "Аполло", но мало чего достигли. Я думаю, пора расширить поле деятельности. Попробуем зайти с другого конца – будем отталкиваться от жертв убийцы. Глядишь, и удастся в итоге связать концы воедино.
– Ну что ж, можно попробовать. Тем более, что ты в отчаянном положении. Какую роль в этой вылазке ты отвел мне?
Бен немного помялся и наконец проговорил:
– Как я уже объяснял... Мы проведем кое-какое расследование. Нам нужно будет немного прогуляться.
– Где?
– В районе Одиннадцатой улицы и Цинциннати. Просто походим, посмотрим...
Кристина, выпрямилась в кресле.
– Подожди, Бен. У нас нет никаких шансов...
– Напротив, как раз это и есть наш единственный шанс.
– Неужели нельзя придумать ничего другого?
– Нельзя.
– Ну уж нет. На меня не рассчитывай.
– Почему? Я ведь всегда соглашаюсь на твои предложения.
– Но я никогда не предлагала тебе ничего подобного. Забудь о своей затее, Бен. Это невозможно.
– Пожалуйста, Кристина. Ты окажешь мне огромную услугу.
– Отстань, Кинкейд. В отличие от тебя, я не люблю смотреть детективы. И не собираюсь маскироваться под проститутку.
Бен изумился.
– Под проститутку? Нет, ты меня не так поняла. Я вовсе не предлагаю тебе маскироваться под проститутку. Ты будешь играть роль покупательницы.
Кристина прохаживалась по Одиннадцатой улице, всеми силами заставляя себя не оглядываться каждые пять минут. Бен обещал следовать за ней на машине, но когда ты с Беном – ни в чем нельзя быть уверенным. Почувствовав приступ головокружения, он может остановиться как вкопанный. А иногда вообще способен заблудиться по пути из собственной комнаты в кухню.
Кристина постукивала по асфальту высокими каблуками и ругала себя за то, что поддалась настоянию Бена и надела их.
Она ненавидела эти туфли, купленные как-то на распродаже ради смеха – ступни в них оказывались почти под прямым углом к земле, и ходить было крайне неудобно. Бен пересмотрел весь гардероб Кристины в поисках подходящей для ее роли одежды и предложил довольно много вариантов на выбор. В конце концов решили остановиться на блузке в оборках и мини-юбке. Этот наряд был дополнен массивной цепочкой под золото, красной с блестками сумочкой и длинными, позвякивающими на ходу клипсами.
Заключительный штрих придала костюму горжетка из искусственного меха. Идея с горжеткой принадлежала Кристине. Но теперь, очутившись на Одиннадцатой улице, Кристина начала сомневаться в правильности своего выбора. Более того: вся эта затея казалась ей теперь чистым безумием.
Кристина слонялась по улице уже около часа, вступая в разговоры с каждым встречным, будь то мужчина или женщина.
В одном Бен оказался прав: тщательно подобранный наряд сделал Кристину как бы своей в этом районе, и с ней не боялись разговаривать здешние обитатели. Однако общение пока не дало никакого результата. Девушки по имени Трикси словно никогда не существовало, никто и словом не обмолвился о ней.
Кристина даже сделала кое-какие покупки, надеясь этим вызвать большее доверие. Однако добилась лишь того, что к ней прицепился какой-то сомнительный тип, с не менее сомнительным обещанием открыть ей "все радости рая".
Кристина не очень переживала по поводу выброшенных на ветер денег, так как все расходы, связанные с расследованием, оплачивал Бен Кинкейд.
Под фонарем на углу улицы в ожидании клиентов томились три девицы. Кристина знала, что многие из этих женщин занялись своим ремеслом из-за крайней бедности и несложившейся жизни, но постепенно порочное болото затягивало их безвозвратно. Вряд ли можно винить этих несчастных женщин с исковерканными судьбами за их вынужденный выбор. И все же, приближаясь к трем представительницам древнейшей профессии, Кристина никак не могла отделаться от застрявшего в голове слова "шлюхи".
Вблизи сразу стало ясно, что все они давно вышли из подросткового возраста. Кристина вообще заметила, что за все время этой "костюмированной прогулки" она встретила лишь несколько девочек-проституток. Может, в результате трагедии, потрясшей весь город, они наконец поймут, как опасна профессия проститутки.
Крупная негритянка с вульгарно размалеванными губами обратилась к Кристине тоном, весьма далеким от дружелюбия:
– Что это ты здесь делаешь, милочка?
– Я ищу... одного человека.
– А мы, по-твоему, ищем что-то другое? – хрипло хохотнула негритянка. – Шла бы ты отсюда. Этот угол занят.
– Весь конец улицы – территория Сонни, – добавила другая проститутка. – А он не выносит конкуренции.