Как быстро он меняется! Ещё секунду назад испепелить готов был взглядом, а сейчас сидит такой спокойный и чертовски уравновешенный. Но сейчас это проплывало где-то далеко в голове, будто и не мои мысли, и совершенно меня не тревожило.
Я покачала головой, она звоном сразу же выразила свой протест:
— Там зарегистрированы только постоянные жители, а приезжие не фиксируются... Нам обещали устроить временную фиксацию, но идея так и осталась идеей: ларизация её очень сложная и не выгодная...
— А разве не выгодная?
— С точки зрения людской безопасности выгодная, а с экономической точки — нет.
— Дурдом, у нас в столице...
— Я знаю, — впервые перебила его, уверенно выдерживая раздражённый взгляд сощуринных глаз. Ничего не желаю слушать про столицу — особенно, как там хорошо. Особенно, когда мне так плохо.
Он усмехнулся:
— Всё то ты знаешь...
Улыбнулась, будто сочла за комплимент, а не укололась о сарказм. Открыла рот, чтобы съязвить, но тут же пришлось его закрыть, потому что в дверь постучались. А через секунду в проёме появился полицейский.
— Лем Люран... у нас снова труп. Серьёзное отравление, упал прямо на середине дороги замертво. Документы о смерти оформляются в аналитическом, — быстро протараторил мужчина, как будто что-то незначительное, повседневное. Для нас это и было повседневным: c годами, если ежедневно работаешь со смертями, эмоции притупляются, и смерть перестаёт восприниматься, как что-то очень болезненное и печальное. Это может показаться грубым с моей стороны, но сие — факт. Так видимо мозг бережёт нас от лишних переживаний, позволяя работать продуктивней.
— А почему у вас не отправляются документы в электронном варианте? Так же удобней? — спросил у меня Люран, не обращая внимания на застрявшего в дверном проёме полицейского.
Я пожала плечами:
— Наш предыдущий начальник считал, что так наглядней
— Ясно, тогда... Арон, сбегай за документами, посмотрим, что у вас тут опять случилось! — недовольно сказал Люран, намеренно сильно выделив слово «тут». — У вас каждый день кто-то умирает?
— После вашего приезда — да...
Я сама не заметила, как сошла на еле слышный шёпот. Сейчас даже сарказм в сторону Люрана не поднимал настроение. Стояло только Арону выйти из кабинета, как я прикрыла глаза. Стало немного легче, по крайней мере, пульсации в голове теперь были хотя бы терпимые и дышать стало проще. Да и вообще...
Додумать я не успела. Согнулась вдвое и разошлась в кашле. Видимо на кашель ушло слишком много сил, потому что согнувшись, я уже не смогла разогнуться и поняла, что медленно заваливаюсь вперёд. Испугалась, когда поняла, что не могу открыть глаз. Но испуг длился недолго, мысли куда-то уплыли, а затем уплыла куда-то и я.
Всё. Темнота.
Глава 10.
[Лем Люран]
— После вашего приезда — да... — то ли прошептала, то ли просипела она. Прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. С таким облегчением, будто сутки мешки воротила.
«Всё в порядке?» — простой вопрос застыл на языке. Он подумал и проглотил его: сейчас опять язвить начнёт. Что она — маленькая девочка? Сама разберётся!
Люран отвлёкся всего на секунду: отвёл глаза, чтобы вытащить из тумбочки оружие, хотел отдать. Послышался громкий несдержанный кашель, но он не взял его во внимание, давно понял, что чувствует она себя не очень. Поторопилась сесть, говорила тихо, только по делу... Видимо заболевает — решил он.
А зря.
Обычные больные не кашляют кровью. И тем более не падают в обморок. Только поднял голову и посмотрел, как сразу же подскочил. Обошёл стол и вовремя за плечи придержал, чтобы не разбила голову об пол. Неловко потряс, кажется, даже произнёс что-то глупое.
Не помогло...
Замер на секунду, не зная, что делать в таких ситуациях. Сделал шаг в сторону двери. Зачем? Что на помощь позвать? Глупо! Чертыхнулся и вернулся обратно. Поднял бездыханное тело на руки и поспешил покинуть кабинет уже с ним.
— Что слу...
— Позже, — не останавливаясь, перебил Арона. Не до него сейчас...
Пост охраны, несколько раз выпавшая из рук карточка, первая попавшаяся машина — всё виделось ему, как будто со стороны, отстранённо. Всё проносилось перед глазами, словно один удар её сердца. Сердца, которое уже сомневалось что нужно биться... Каждый раз он задерживал дыхание, боясь, что это последний. Казалось, его собственное сердце, всякий раз болезненно останавливалось вместе с её. Чтобы потом снова забиться в один такт.