Мимолётом замечаю на его шее рану. Такую же, как у него была на руке днём, только чуть более зажившую. И действую скорее, чем успеваю это осмыслить.
- У вас кровь, - дрожащей рукой касаюсь его шеи. Мышцы под моими пальцами моментально напрягаются.
- Что ты несёшь?! – рычит он, хватаясь за шею.
На долю секунды я успеваю разглядеть на его лице недоумение, но оно быстро исчезает.
- Там кровь, - повторю я, потом поднимаю корсет с пола. Прикрываюсь им, как могу, - вам нужно к лекарю.
- Сам разберусь.
Он подходит снова, одним резким движением притягивает меня к себе. Касается ладонями шеи, поворачивает моё лицо вверх. Чтобы я смотрела прямо на него, и не могла отвести взгляд.
И наклоняется. Между нашими губами считанные миллиметры!
Глава 2. Надежда
Кирел целует меня. Так, что я забываю собственное имя. Не в смысле, что мне очень нравится. А с таким желанием, с упоением, словно умрёт, если не сделает этого.
Я замираю, испуганная, терпеливо снося всё, что он делает. Деревенею, чувствуя его ладонь на спине. Игнорирую нарастающее чувство в груди. Непонятное… Незнакомое.
Треклятый браслет! Он совсем не помог. Только зря понадеялась.
Когда принц отлепляется от меня, я вытираю губы ладонью и отворачиваюсь. Меня бьёт дрожью от испытываемых ощущений. Что это? Что он сделал? Я уже целовалась с мужчиной – моим другом детства Маркием, но то было даже приблизительно не то же, что произошло сейчас.
- Арабелла, - спокойно говорит Кирел, и только низкий вибрирующий голос выдает его состояние, - об этом никому ни слова. Иначе сильно пожалеешь.
Он показывает пальцы, испачканные кровью из раны на его шее.
- Я поняла, мой принц, - тихо бормочу, не смотря на него.
Но он всё равно не сводит с меня взгляда. Именно с моего лица, как ни странно, а не с едва прикрытой груди. Хватит! Уходи же!
- Предстоит много работы, невестушка. Уж лучше бы тебе на неё настроиться. Чтобы каждый раз не был таким стрессовым, как этот. Ты понимаешь, о чем я говорю?
Понимаю, к сожалению.
- Да.
- Хорошо.
Лишь после этого он уходит. Замечаю, как принц сжимает в кулак руку, испачканную кровью. А дверью хлопает так громко, словно хочет разбудить всех спящих в гостевом крыле.
Изможденно опускаю на пол у окна, прячу лицо в руки. Всё прошло даже хуже, чем в прошлые разы. Тогда он просто глазел, но хотя бы не трогал меня. Тем более не целовал!
К середине ночи успокаиваюсь, перебираюсь на кровать. Благодаря мягкой перине засыпаю без особых усилий. Единственный плюс от пребывания здесь. Моя кровать дома была твёрдой, как дерево, а матрас очень тонким. А здесь богатство и достаток.
Только я ему не рада.
Утром служанка приносит письмо. Читаю его, пока она заплетает мои волосы, и понимаю, что добавилась ещё одна проблема.
Писал Маркий, тот самый друг детства, которому я когда-то подарила свой первый поцелуй. И, судя по письму, после моей помолвки с принцем Маркию напрочь отшибло чувство самосохранения.
«Лалла! Держи моё послание в тайне. Никто не должен знать, что я тебе пишу. Томиться взаперти осталось совсем недолго, любимая. Прости, что признаюсь тебе вот так. Но ничего, скоро я смогу сказать тебе о своих чувствах в лицо. Поезжай в город к обеду. Я найду тебя сам. Твой Маркий»
Святая наивность! Бедный Маркий. И какой же глупый! Конверт с письмом был заклеен, но я уверена, что королевская служба безопасности уже донесла королеве и Кирелу о содержании вплоть до последней буквы.
- Ты читала это? – спрашиваю у служанки.
Она удивлённо округляет глаза.
- Конечно, госпожа! Я не имею права не удостовериться, что вам ничего не грозит. Приказ Его Высочества.
Понятно. Кирел обо всём знает, и моему другу детства не поздоровится. Бедный мой Маркий! Неужели ты ничего так и не понял? Даже если бы мы с ним были помолвлены или женаты, подобные семейные узы аннулировались бы после того, как принц меня выбрал.
Когда служанка заканчивает с волосами, мы выбираем платье. Она помогает мне одеться, и, поклонившись, уходит. А я держу в руках послание от Маркия и смотрю в зеркало, и не знаю, что дальше делать.