Эльфийка не спеша шла мимо спален членов семьи. Первой оказалась комната Винсента. Молодой человек стоял перед зеркалом и рассматривал себя с головы до ног, застёгивая пуговицы на рукавах своей белоснежной рубашки. На одном из запястий сверкали часы rolex циферблатом цвета шампанского, безель был чёрным, как и браслет, охватывающий запястье. Закончив с рукавами, он принялся надевать пиджак. Поправив его, Винсент ещё раз посмотрелся в зеркало, расправил плечи и перешёл к последней детали наряда – оружию. Он открыл сейф и достал пистолет тридцать пятого калибра. Проверив количество пуль, парень с уверенностью вставил магазин и убрал оружие за спину, где его скрыла чёрная ткань пиджака.
Анкалимэ IV, осмотрев господина с ног до головы, плавно перевела взгляд в правую сторону, где располагалась спальня Клеменции. Там глава дома сидела в шёлковом халатике перед туалетным столиком и укладывала свои длинные, струящиеся локоны, при этом она внимательно рассматривала в зеркале своё отражение. Закончив с причёской, она взяла помаду насыщенного алого цвета и долго не отводила от неё взгляда. Будто гипнотизируя помаду, она размышляла о том, подойдёт ли этот оттенок к её макияжу и наряду. Наконец девушка поднесла помаду к губам – она рисовала в голове свой законченный образ.
Пройдя мимо комнаты госпожи, милая барменша увидела полностью обнажённую Элеонору. Девушка проводила нежно руками по своему стройному телу, чертя на нём невидимые узоры. От глубоких вдохов и выдохов её пышная грудь плавно поднималась и опускалась. Она закрыла глаза и наслаждалась собственными прикосновениями. Приоткрыв пухлые влажные губы, Элеонора запрокинула голову и провела указательным пальцем по шее. Анкалимэ IV отвела взгляд, но то, что увидела по левую сторону коридора, милую барменшу немного озадачило. Там, облокотившись о дверной косяк, стоял Кай, устремивший холодный взгляд на Машу. А та сократила расстояние между монашкой и собой до минимума. Её грудь была плотно прижата к накаченному телу парня, а сама девушка выказывала сильный интерес к Каю. Было совершенно очевидно, что она хотела бы прямо здесь и сейчас предаться разврату. Белой как снег, изящной рукой она медленно провела по лицу монашки, постепенно опускаясь всё ниже, к шее и груди. Остановившись на бёдрах Кая, Маша, как заворожённая, смотрела на длинную шею парня и облизывала губы. Сглотнув, дьяволица чуть наклонила голову и, как змея, впилась в шею монашки. Оставляя тёмные следы, она провела языком по всей длине шеи, отчего по телу парня побежали мурашки. Но Кай стоял неподвижно, хоть и отчаянно хотел ответить на развратные действия Маши. Единственное, что он мог сделать в этот момент, это закрыть глаза дьяволицы шёлковой повязкой, чтобы та держала себя в руках.
Эльфийка тяжело вздохнула и подумала, что самое странное она, должно быть, уже видела. Но как же ошибалась милая барменша. Прямо по коридору Анкалимэ IV заметила Эвальда. Повар сжимал в руке нож и пристально рассматривал отражение Меретрикса, который парил сзади и нежно оглаживал плечи красавчика. В какой-то момент парень резко повернулся и встретился с негодником взглядом. Странное чувство охватило повара. Взгляд духа будто манил его, он хотел утонуть в этих тёмных, бездонных глазах. Разум начал постепенно отключаться – казалось, ещё немного, и что-то произойдёт… Конечно, Эвальд не мог уступить духу, который так долго раздражал его. Эта мысль, словно удар тяжёлым предметом, привела повара в чувство, и, не медля ни секунды, он взмахнул ножом, чем поставил между их лицами преграду. Но Меретрикса это не испугало, и он медленно приблизил своё лицо к лицу Эвальда и лишь вдохнул его сладкий парфюм, закрыв глаза. Анкалимэ IV почувствовала лёгкий позыв рвоты. Но самая отвратительная картина ждала её в спальне Генри. Мужчина стоял посреди комнаты, пристально глядя в глаза Виктору, будто был чем-то сильно увлечён. Казалось, что инструктор, сам того не желая, медленно наклоняется вперёд… А Виктор не сопротивляется, а лишь проводит пальцем по острой как лезвие скуле Генри, не отрывая от него взгляда.
Увидев такое, милая барменша почувствовала тошноту уже не на шутку и не заметила идущего с подносом Гакто. Прямо на дворецкого прекрасная эльфийка выплеснула всё то, что было ею выпито и съедено за несколько часов до этого. Дворецкий, не желая видеть рвоту, которая покрыла весь его костюм и поднос, закрыл глаза и спокойно ждал, когда милой барменше станет лучше. После двухминутного фонтана Анкалимэ IV приняла прежнее положение и пьяной походкой отправилась к выходу. Гакто открыл медленно глаза, опустил взгляд на поднос с едой и тяжело вздохнул. Теперь ему придётся объяснить Эвальду, почему его шедевральное творение оказалось в кусочках полупереваренного огурца и виски.