-Пор-р-радовал, - прорычала, тяжело оперевшись о косяк двери. Спокойно. Вдох. Выдох. Вдох…
-Прости-и-и…
-Замолчи! – рявкнула я и стремительно забежала в спальню, запирая дверь на замок. Оперлась спиной о дверь, потихоньку сползая на пол. Сжала кулаки, чувствуя боль, распространяющуюся вверх от пострадавшей руки. Хорошо. Это отвлечет. Только не нападать. Не нападать. И что, что слабый? И за что полюбили его две дуры? Не нападать, не нападать. О себе подумай, о трупах тех же… Раз труп, два труп, три труп…
Боже мой, когда закончатся эти четыре месяца?!
Глава 7
Утро началось с урчания моего слипшегося с позвоночником желудка, который превращался в вечно голодную черную дыру. Все болело. К горлу подступала тошнота. Вставать не хотелось. Перевернулась на живот, чтобы хоть как-то заглушить его крики о помощи. Но от такого положения желудок объявил военное положение и начал переваривать сам себя для самоуничтожения, отказываясь жить с такой бездарной хозяйкой как я. Зарылась головой в подушки, игнорируя свое физическое состояние. Хотелось прогулять рабочий день. Хотя бы только сегодня… я же сама себе начальник и могу себе позволить такую вольность… Деньги есть… мне щедро вчера заплатили за мой подвиг. Можно месяца два дома отлежаться, ни в чем не нуждаясь…
Стащило меня с кровати не столько воспоминание о Викторе, которому нужно отдать остатки противоядия, иначе от первого детского не останется никакой пользы, и его мысли вернутся в прежнее деформированное состояние, сколько воспоминание о наличии Дмитрия в моей квартире. Отперла дверь и наткнулась на спящего у двери мужчину. Вздохнула. Минус один день. Осталось четыре месяца без четырех суток. Легонько пнула мужчину и, довольная его пробуждением, последовала на кухню. Пошвырявшись в шкафчиках, нашла еду быстрого приготовления и успокоилась. Жить можно. Поставила кипятить воду.
-Доброе утро, - сонно вплыло на кухню мое привороженное чудо.
-Ага, - даже не посмотрела на него, подсчитывая количество оставшихся доз отворотного зелья. Дня на пять только хватит. Мало. Нужно будет приготовить еще. – Сколько тебе лет?
-Двадцать восемь, а что?
-Да так, - отмахнулась от его вопроса, отрывая лист блокнота для новых расчетов. Нужно будет сделать отворот именно под мужчину, индивидуальный, вместо базового. Может, будет действеннее. – А весишь сколько?
-Восемьдесят три.
-Аха, - задумчиво протянула, грызя карандаш, обдумывая формулу. Спустя пару минут, как раз ко времени закипания чайника, лист был исписан моими умозаключениями. Посмотрим, что из этого выйдет.
Достала две пустые тарелки и насыпала в них по порции ролтона, заливая кипятком. Прикрывать чем-то сверху не стала, надеясь на попутное остывание. Телефон зазвонил, и я поплелась в спальню, где его вчера кинула в стену в порыве ярости. Благо для таких случаев он был защищен защитным стеклом, которое нужно уже поменять и специальной противоударной накладкой.
-Слушаю.
-Марфа?
-Да-а-а, - протянула, гадая, кто звонит. Обычно нелюди знали мое настоящее имя. Но этот номер был заведен специально для их звонков. Кто-то, видимо, решил не копаться в моем деле, которое просто гуляло по рукам. Что-то новенькое.
-Это Виктор. К скольки мне подойти к вам в магазинчик?
-А-а, - нервно рассмеялась я. – Часа через два. Адрес знаете?
-Да, отец написал мне название вашей лавки. Найду.
-Хорошо. До встречи.
Когда вернулась на кухню, увидела Дмитрия, опустошающего одну из тарелок. Подошла к своей и попробовала ложку.
-Он же не готов! – раздраженно плюхнулась на диванчик.
-Пусть, - пожал плечами мужчина. – Я и раньше так ел.
-Ну, хоть что-то ты сможешь приготовить для себя, пока я буду отсутствовать, - задумчиво побарабанила пальцами по губе и показала, где находятся мои запасы еды быстрого приготовления.
-Можно я пойду с тобой? – жалобно протянул Дмитрий, снова вызывая волну раздражения, окатившей меня с головы до ног. Между лопатками закололо. Тело напружинилось. Нога стала стучать, сбрасывая напряжение. Тише. Тише.
-Нет.