«Как глупо! — обругала себя Виолет. — Парень посвятил композицию своей вдохновительнице, которая приобрела в каком-то там магазине альбом The Prodigy».
«Но однажды ты тоже за него заплатила», — напомнил ей внутренний голос. Девушка повернула голову и заметила на полке среди других записей тот самый пластиковый подкассетник.
«Это ровным счётом ничего не значит», — возразила она самой себе.
Можно было бы покончить с ненужными сомнениями и дозвониться в студию, чтобы поговорить с Дэвидом, только в квартире Виолет отсутствовал телефон. Его наличие заметно увеличило бы арендную плату, поэтому ей пришлось обходиться без линии связи.
«У тебя под окнами есть телефонная будка!» — напомнил навязчивый внутренний голос.
«Это пустая фантазия!» — отмахнулась от него девушка, словно от назойливой мухи, норовящей устроиться на носу. Спуститься вниз значит поверить в эфемерную выдумку. Нет, никуда она не пойдёт, потому что не склонна совершать безумные поступки.
«Ха, вся твоя жизнь после побега из дома — это один продолжительный безумный поступок!» — подтрунило над девушкой её второе «я».
Неожиданно Виолет уронила лицо в ладони и расплакалась. Она лила слёзы под «Кислотную королеву», почти не отдавая себе отчёта в том, что с нею происходит. Наверное, в душе скопилось слишком много ржавчины.
Однажды на стекле её судьбы проскользнула огромная трещина, разбегаясь зигзагообразными линиями в разные стороны и грозя превратить девушку в звонкую груду осколков, а она попыталась всё склеить с помощью маленькой розовой таблетки. Она превратилась в кислотную королеву на сумасшедшем балу рейва, не подозревая о затаившейся рядом с ней опасности.
После эфира Дэвид чувствовал небывалое воодушевление. В заключительной части программы от желающих пообщаться с гостем «Подземки» не было отбоя. Услышав дебютный трек молодого музыканта, многие слушатели звонили, чтобы выразить свой восторг. Среди них оказались и некоторые ребята из его школы.
Роберт Кенна поздравил подростка и посоветовал ему собирать материал для выпуска сингла. «У меня есть выход на несколько лейблов, издающих подобные вещи», — сказал он напоследок. Предложение показалось Дэвиду фантастическим. Неужели такое возможно? Голова пошла кругом.
«Сегодня настоящий вечер чудес!» — подумал парень, выйдя на улицу. Он вдохнул морозный воздух и выпустил обратно согретое дыханием облачко пара. Оно вырвалось изо рта и тут же растворилось в холодных сумерках.
Дэвид вновь прокрутил в памяти сегодняшнюю беседу в студии: история его встречи с прекрасной незнакомкой перестала быть тайной. Он уже представлял, как вернётся домой и обнаружит во взгляде матери немой вопрос: «Почему ты раньше не рассказывал об этой девушке?» Впрочем, у него ни на мгновение не появилось сожаления о публичном признании. Многие известные деятели искусств, начиная с древних времён, находили вдохновение в любви, так почему бы и ему не последовать их примеру?
Но в этот раз подросток ошибся: никаких вопросов, никаких разговоров, никаких бесед в поисках истины. Отец и мать говорили лишь о том, как гордятся им.
— Я записал весь эфир на кассету, — похвастал отец.
— Серьёзно? — удивился сын, зная, что тот пользуется исключительно грампластинками и никогда не прикасается к магнитофону.
— Это же твоё первое выступление на радио, и не просто выступление, а целая передача, посвящённая тебе! — напомнил Редмонд.
— Дэвид, ты так хорошо отвечал на вопросы, — произнесла мать. — Дай-ка я тебя обниму!
— Мам, ты что, плачешь?
— Я радуюсь.
— А знаете, что сказал мне программный директор?
— И что же?
— Готовиться к выпуску первого сингла. Представляете?
— Это же замечательно! — Маргарет снова нежно прижала сына к себе.
— Он, наверное, проголодался, а ты до сих пор держишь его без ужина, — напомнил отец.
— И в самом деле! — спохватилась она. — Переодевайся, Дэвид, а я пока накрою на стол.
Когда они ели, подросток время от времени ловил на себе мимолётные взгляды родителей.
«Как будто видят меня в первый раз», — с внутренней улыбкой подумал Дэвид.
Укутавшись в одеяло, словно личинка бабочки — в кокон, Дэвид раз за разом воспроизводил в голове события сегодняшнего вечера. В темноте и тишине это удавалось ему с особенной лёгкостью. Мысленно он вернулся в студию, где напротив него сидел Паркер Джерретт. В первые минуты эфира подростка охватил страх, как будто ему предстояло сдать вступительный экзамен в колледж, но постепенно волнение улеглось. Во многом, конечно, это была заслуга ведущего. Он поддерживал гостя на протяжении всей программы.
При каждом звонке, который выводил звукорежиссёр, у Дэвида захватывало дыхание. Ему казалось, что сейчас раздастся голос девушки — голос Виолет. Дважды его сердце подпрыгивало к самому горлу, но потом он понимал, что снова ошибся. До последних минут подросток продолжал надеяться на маленькое чудо: прекрасная незнакомка услышит историю молодого музыканта и наберёт номер прямой линии. К сожалению, чуда не произошло.
Дэвид медленно погружался в сон с единственным желанием — пересечь границу реальности и оказаться в теле парня, встречавшегося с Виолет. Вся его воля сконцентрировалась на ментальном прыжке в другую реальность, где он мог оказаться рядом с девушкой.
«Я — Фантастический Захватчик, путешествующий между мирами», — подумал подросток.
Он почему-то вообразил себе длинный луч, способный переправить его в нужное место. Достаточно слиться с мощным потоком энергии, чтобы мгновенно проникнуть в чужое сознание. Нужно всего лишь настроиться на одну с ним частоту, стать его частью, самому сделаться этим лучом.
Перед мысленным взором замаячили какие-то смутные очертания. Возможно, это была только игра включившегося воображения. Дэвид никак не мог сфокусировать в голове картинку. Едва он пытался сосредоточиться на ней, как она тут же ускользала от его мысленного взора, словно сверкающая иллюзия, танцующая солнечным бликом на волнистой поверхности озера. Главное, не сдаваться и держать оптический прицел разума неподвижно, чтобы рассмотреть то, что скрывается за меняющимися искажениями. Так выглядит мир, расположенный за матовым стеклом внутри ванной комнаты.
Дэвид ощутил, как в голове нарастает напряжение, словно он пронизывает пространство в летящей с огромной скоростью ракете. Тело становится чем-то отстранённым. Оно ему уже не принадлежит.
Ещё одно усилие — и он следует по траектории луча. В сознании вспыхивает ослепительная вспышка, сопоставимая с яркостью миллионов солнц. Подросток снова в голове Рэя, но то, что он видит, приводит его в ужас.
Рэй
Руди рассчитывал покончить с мучениями. Короткое знакомство с Рэем показало, что тот подвержен практически неуправляемым вспышкам ярости. Достаточно вывести его из равновесия, и он утратит самообладание, а значит, разделается с пленником гораздо быстрее. Но что-то произошло. Связанный студент закрыл глаза, приготовившись к последнему удару, только удара не последовало. Он приоткрыл веки и обнаружил перед собой нечто странное. Нож Рэя, занесённый вверх, застыл на месте, а на лице подростка появилось загадочное выражение, словно он впал в забытьё.
На самом же деле его остановило неожиданное вторжение. Едва Дэвид обнаружил перед собой истерзанное тело студента, как тут же остановил обезумевшего молодого человека, собирающегося совершить убийство.
«Проваливай! — закричал Рэй внутри собственной головы. — Это тебя не касается!»
«Немедленно прекрати!» — ответил ему Дэвид. Диалог происходил на уровне сознания, и Монморенси ничего не слышал, испуганно глядя на замершее живое изваяние с занесённым ножом.
«Ты меня всё равно не остановишь. Он не выйдет из этой квартиры живым».
«Опусти лезвие», — Фантастический Захватчик предпринял попытку отбросить режущий предмет в сторону, но гнев и ненависть по отношению к студенту придавали Рэю силы, и он не уступил Дэвиду.
«Сукин сын умрёт, а когда я доберусь до тебя, то и ты вместе с ним!»