Пару раз Дэвид уже взял не те аккорды, но, к счастью, пока никто не заметил ошибки, сочтя внесённые в мелодический строй изменения за ловкую импровизацию.
«Пожалуйста, не сейчас!» — обречённо обратился к Рэю подросток.
«А хочешь, я спою тебе какую-нибудь песню?» — с издёвкой сказал тот.
Дэвид сосредоточился на своих пальцах и на тех движениях, которые они совершали над клавишами синтезатора, чтобы извлекать необходимые звуки.
«Это моя жизнь! Это моя жизнь! — фальшивя, прокричал Рэй. — Тебе нравится доктор Албан?»
Чтобы выйти из сложного положения, парень закончил «Перегрузку» невероятным пассажем и уступил место следующему музыканту, а сам поспешно отошёл в сторону. Его спасло лишь то, что «Кислотная королева» должна была звучать несколько позже, ближе к середине танцевального мероприятия.
«Не понравилось? — удовлетворённо спросил нарушитель. — Между прочим, ты проделывал со мной похожие вещи. Кстати, здесь неплохое местечко. Надо будет сюда как-нибудь заглянуть. Как оно называется? Ах, да, я же совсем забыл, что пока ты развлекаешься, я лежу бревном в кровати и жду, когда наступит моя очередь. Ведь ты у нас оказался в более выгодном положении, да ещё и на девушку мою заглядываешься. Знаешь, я тут подумал и вот до чего додумался: если одного из нас не станет, другой наверняка сможет вернуть себе привычный образ жизни, не так ли?»
«Он практически добрался до меня, — в смятении подумал Дэвид. — И не остановится ни перед чем, чтобы убрать с дороги. Достаточно ему будет по случайным приметам узнать город, в котором я живу, и тогда он поступит со мной точно так же, как и с Руди Монморенси».
«Надеюсь, это тебя кое-чему научит, — раздались в голове прощальные слова человека, чей разум окутала кромешная тьма. — Но я ещё вернусь. Обязательно вернусь».
Подросток прижался спиной к стене и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Внезапное появление Рэя напугало его до глубины души.
— Незачем так волноваться! — по-приятельски похлопал Дэвида по плечу Спайк, оказавшийся рядом и заметивший сникшего музыканта. — Ты отлично справляешься! Сейчас мы доведём зал до температуры кипения, и тогда в ход пойдёт твоя «Кислотная королева»!
Эм-си снова начал что-то выкрикивать в толпу, но парень не мог разобрать ни одного слова, прокручивая в памяти обещание собеседника с другого конца опасной линии связи: «Но я ещё вернусь. Обязательно вернусь». Угроза эхом пронеслась по всем закоулкам сознания. С этого момента ему предстояло жить в напряжённом ожидании постороннего внедрения извне, которое могло значительно всё усложнить.
Во время второго выхода он вёл себя достаточно скованно, боясь какого-либо подвоха со стороны Рэя, потому что ничто не мешало тому вернуться снова и сорвать Дэвиду исполнение композиции. Зато ни один из танцующих не подозревал о внутренних терзаниях молодого человека, чья музыка повергла их в экстатический трепет.
— И вновь для вас свежий хит от Braver'а! — громко произнёс человек с микрофоном, как будто объявил бойца на ринге. — Этот парень заставит ваш пульс участиться! Встречайте!
В руках посетителей засветились зелёные палочки, рассекающие воздух в соответствии с ускоренным темпом трека. Некоторые воспользовались свистками, чтобы поддержать оглушительный бит, несущийся из колонок. Ночной клуб превратился в единый организм с сотнями рук и ног, объединённых массовым рейвом.
Дэвид допустил непростительную ошибку. В последний раз, когда он вторгся в голову Рэя, чтобы предупредить Виолет, ему следовало вести себя более осмотрительно. Вместо лобовой атаки на сознание оппонента он мог бы притаиться и выждать нужный момент. А он раздразнил тигра в клетке, даже не позаботившись о том, чтобы проверить, насколько надёжно она заперта. Возможно, теперь тигр бродит где-то поблизости, и любой шорох заставляет что-то внутри сжиматься до предела и ожидать молниеносного прыжка с выпущенными когтями.
«Я краду его время», — мысль появилась так же из ниоткуда, как и мошки над испортившимися фруктами. Дэвиду не требовалось никаких доказательств, чтобы удостовериться в том, что это правда. После того, как их судьбы по какой-то причине переплелись, он лишился снов, а жизнь Рэя превратилась в ночной кошмар. Но Рэй хочет вернуть себе то, что по праву принадлежит только ему.
«Чем меньше я сплю, тем меньше он бодрствует», — Дэвида накрыло настоящее озарение. В какой-то момент все части сложной мозаики стали на свои места, и ему открылась истинная картина происходящего. Вопрос заключался лишь в том, каким образом между ними образовалась такая сложная ментальная связь.
«Я что-нибудь почувствую?»
«Ничего».
«Вообще ничего?»
«Абсолютно. Просто закрой глаза и ни о чём не думай».
В памяти вспыхнул смутный фрагмент из прошлого, но тут же ускользнул прочь. Существовал ли он на самом деле, или это всего лишь порождение фантазии, выдающее себя за реальность?
«Просто закрой глаза и ни о чём не думай». Почему в мозгу срабатывает прочная ассоциация с темнотой?
«…ни о чём не думай». Кроме дьявола, с которым ты несёшься наперегонки.
— Дэвид, мы хотели бы обсудить с тобой один важный вопрос, касающийся нашей группы, — первым завёл разговор Вик. Подросток заметил, что друзья переглянулись, словно им стал известен какой-то секрет, которого он ещё не знает.
— В чём дело?
— В последнее время ты слишком занят, чтобы участвовать в репетициях «Клешней», — подхватил тему Ричи. — Уже две недели нам приходится играть без тебя.
— Вам нужен новый гитарист, — озвучил витавшую в воздухе идею Дэвид.
— Мы вовсе не хотим, чтобы ты уходил, но с твоим нынешним графиком выступлений… — попытался оправдаться Вик, виновато опустив глаза.
— Вы правы, я переоценил свои возможности, планируя заниматься сольным проектом и параллельно оставаться с вами. Наверное, «Клешням» действительно следует подыскать нового участника, потому что сейчас у меня практически не остаётся ни одной свободной минуты.
— Нам очень жаль, что так вышло, — вздохнул Вик.
— Смотри не расплачься, — хлопнул его по плечу подросток.
— Нет, я серьёзно. Помнишь, как мы мечтали, что однажды наша группа станет известной, и тогда все девчонки будут выстраиваться в очередь к нашему фургону за автографами?
— Кажется, только из-за них ты и начал учиться играть на гитаре, — усмехнулся Дэвид.
— Я навсегда останусь благодарен Мэри, — мечтательно прикрыв глаза, проговорил Вик с видом бывалого любовника, вспоминающего первую завоёванную им девушку. — Ей нравился мелодичный перебор гитарных струн. А мне нравились её глаза.
— Да ты только и пялился на её грудь! — возразил Ричи.
— Мне нравились её глаза, — как ни в чём не бывало, повторил Вик с театральным придыханием. — Ах, Мэри, вдохновлённый тобою, я часами сидел здесь, в гараже, и репетировал, натирая на пальцах мозоли, чтобы подарить тебе музыку моего сердца.
— Хотел покорить девушку партией на бас-гитаре? — снова не удержался от едкого замечания Ричи и изобразил игру указательным пальцем. — Бум-бум-бум, Мэри! Я хочу «бум-бум-бум» тебя, Мэри!
— Между прочим, после нашего дебюта на школьной сцене она сама предложила мне, — не сдавался Вик.
— Предложила тебе научиться нормально играть, потому что наше исполнение оказалось полнейшей лажей? Помнишь этот позор, Дэвид?
— Мы тогда очень сильно волновались, — согласился с Ричи подросток.
— Можете и дальше говорить что угодно, а я получил свой первый рокерский секс!
— Наверное, он был такой же, как и наше выступление? Неуверенный и сбивчивый. Скажи, сколько раз вы с Мэри встречались после того недоразумения?
— Мы просто оказались разными, — неохотно отозвался Вик.
— Конечно, разными, — оскалил зубы Ричи. — Это называется бесперспективными отношениями. Какой смысл девушке встречаться с парнем, который не умеет обращаться не только с гитарой?
— Зато ты ещё год ходил и спрашивал у меня, что именно я чувствовал, когда занимался «этим». Девственник-неудачник! — Вик спохватился, вспомнив о том, что Дэвид всё еще не испытал близости ни с одной из девушек. — Извини, парень, я не хотел тебя обидеть.