- Быстро? Ты серьезно? Да он же все эти годы только и твердил, что Ирка на самом деле хорошая, что она не такая эгоистка и лгунья, как все мы утверждаем. Забыла, что ли?
- Он не так сильно переживает, как ты думаешь, я об этом, Лен. Он скорее больше волнуется, что виновным сделают его.
- Что? – воскликнула Лена. – Это с чего вдруг? Бред же, кто его винить-то будет?
- Следователь думает, что это мог быть он. Он меня вчера как раз про Глеба расспрашивал, мог, не мог, ссорились ли они...
- Вот черт... ему, наверно, кто-то про ту их ссору рассказал, никто ведь подробностей не знает, а ты не рассказывала...
- Похоже на то, – согласилась Вероника. Лена рядом вдруг замялась.
- Слушай, насчет подозреваемых... Мальнев меня вчера когда допрашивал, про тебя спрашивал. Мне кажется, он подозревает и тебя тоже.
Ника грустно улыбнулась.
- Не удивлюсь, если и ты будешь в этом списке. Все, кто дружил с Ирой, потенциальные убийцы.
- Но виновный ведь только один, – заметил Лена. Ника оставила это замечание без ответа.
Когда они пришли в зал, Нина Леонидовна скользнула по ним недовольным взглядом, но ничего не сказала – видно, помнила, как вчера отреагировали девочки на убийство их подруги. Быстро обойдя худрука, Лена и Вероника заняли свои места. Ксюша незаметно наклонилась к ним.
- Мы сказали, что Нике плохо, и вы опоздаете.
- Спасибо, – шепнула Лена. – А что сейчас происходит?
Ксюша пожала плечами, и Ника отвернулась, быстро окинув взглядом колонну сокурсников. В дальнем конце ей на глаза попался Глеб, хмуро смотревший в ее сторону. Она отвела взгляд, на мгновение остро ощутив вину за свои слова.
Пожалуй, он был прав. Она винила себя за смерть подруги, и потому упрекала всех вокруг. Но ведь каждый переживает скорбь по-разному. Может, он скорбит по-другому, а она взяла и безо всякой причины обвинила его в бессердечии.
Конечно, странно, что их с Ирой любовь так быстро прошла, но она сама никогда не лезла в их отношения, предпочитая скрывать свои собственные чувства за семью печатями, и причины разрыва не знала. Может, в этом и кроется такое нынешнее отношение Глеба к смерти Иры?
- Итак, раз все собрались, я предлагаю начать, – заговорила Нина Леонидовна. – Знаю, сегодня тяжелый день. Мы потеряли талантливого человека и хорошую подругу. Нам всем будет ее не хватать, ее любви к жизни и балету, ее отзывчивости и доброты. Но все же жизнь продолжается, и нам всем нужно двигаться дальше. И первым делом нам нужно решить, кто займет место Иры на выпускном просмотре. Как вы знаете, концерт будет состоять из фрагментов различных балетных постановок. Кроме «Жизели» Ирина участвовала еще и в танце из «Баядерки». Нужно выбрать, кто будет танцевать главную партию вместо нее, и как можно скорее начать...
- «Баядерка»... – прошептала вдруг Вероника. Что-то щелкнуло в голове, будто кусочки мозаики неожиданно сошлись и встали на свои места. – Ну конечно...
Зал вокруг закружился самыми разными красками, пол ушел из-под ног. Рядом с ней закричали, кто-то позвал ее по имени, схватил за руку, не дав упасть. Последним, что она увидела, прежде чем отключиться, было лицо Глеба, встревожено заглядывающего ей в глаза.
Глава шестая
Очнулась она от резкого запаха нашатырного спирта. Голова загудела, стоило только разлепить тяжелые веки, а свет больно резанул по глазам. Склонившаяся над ней медсестра выпрямилась, отложила в сторону тошнотворно пахнущую ватку и села напротив, пристально вглядываясь ей в лицо.
- Голова кружится? Болит что-нибудь, тошнит?
- Нет вроде... – выдохнула Вероника. За ее спиной кто-то с силой втянул носом воздух, она оглянулась и тут же ойкнула – в глазах от резкого движения мгновенно потемнело.
- Слава богу, а то я уже была готова «скорую» вызывать, – беспокойно запричитала Нина Леонидовна. Глеб мрачно глядел на худрука, скрестив руки на груди. – Галина Викторовна, я вас прошу, дайте ей что-нибудь из успокоительного, а ты, Вероника, выпьешь, что дадут, и пойдешь домой. Хватит с меня на сегодня обмороков на репетиции.
- Нина Леонидовна, но просмотр ведь...
- Никаких «но», – отрезала худрук. – Домой спать. Потом отрепетируешь, не хватало еще, чтобы вы мне тут все попадали от переутомления и стресса.
Медсестра проводила ее взглядом, подождала, пока за ней закроется дверь медкабинета и хмыкнула.