Нет, кто угодно, но не он!..
- Мальнев думает, что это мог быть ты... – пробормотала Вероника куда-то ему в плечо. Глеб удивленно ее отпустил. – Что это ты... Иру...
- Я? Ты серьезно?
- Он спрашивал про тебя, какие у вас были отношения, мог ли ты пойти на такое. Мне кажется, я его не убедила.
- Ерунда какая-то, – бросил Глеб, растерянно запустив пятерню в волосы.
- Если тебя это утешит, я почти наверняка тоже в его списке подозреваемых.
Глеб выжидающе на нее уставился, и Ника поморщилась. Зря она это сказала. Теперь проблем будет только больше, а чужого беспокойства ей и дома хватит.
- А подробнее можно? – поторопил ее Глеб.
- Да что говорить-то? Он спросил, переходила ли мне Ира дорогу, я сказала, что да.
- Так она всем девчонкам с курса ее переходила!
- Но не все в момент убийства находились в соседней комнате, – возразила Вероника. – И при этом ничего не заподозрили и не услышали. Я была рядом, понимаешь? Рядом, и ничего не сделала! Что, если она стучала, а я просто не слышала или не обратила внимания?
- Не смей винить себя, слышишь? – оборвал ее Глеб. – Пойдем, я тебя до дома провожу. Не хватало еще, чтобы ты в таком состоянии вляпалась во что-нибудь.
Из академии они вышли молча. Свернув в сторону метро, Ника думала о прошедшем дне – за всеми произошедшими событиями вечер наступил как-то чересчур быстро. Как жить дальше, она не представляла, что делать и как себя вести тоже. Глеб рядом с ней тоже притих, думая о своем, но Вероника не сомневалась, что их мысли совпадают.
В метро они сели в переполненный вагон. Ника предприняла еще одну попытку отговорить Глеба от идеи провожать ее, но он был непреклонен – хотя ехать ему предстояло совсем в другую сторону.
Прислушиваясь к грохоту старого вагона, Ника закрыла глаза и стала думать.
У Иришки хватало завистников, это правда. Да и кристально честной она тоже никогда не была – могла опуститься до интриг и лжи, чтобы только получить то, что хотела.
И все же было в ее смерти нечто странное. Ника нахмурилась, вспоминая тот момент, когда вошла в гримерку следом за худруком. Ира сидела в кресле, в самой комнате царил легкий беспорядок, а на столе перед ней стояла корзина цветов, кажется, тюльпанов.
Мальнев сказал, что ее отравили.
Что-то ворочалось на задворках памяти, не давало ей покоя, какая-то мысль упорно не желала уходить, но поймать ее никак не получалось.
Открыв глаза, она обнаружила Глеба, сидящего напротив и не сводящего с нее глаз. Еще недавно полный вагон сейчас стремительно опустел, остались лишь с десяток человек, едущих до конечной станции.
- О чем думаешь? – уловив момент, когда поезд замедлил ход, спросил Глеб.
- Пытаюсь понять, – прокричала в ответ Вероника. Глеб непонимающе пожал плечами, и она махнула рукой.
Не стоит ему говорить. Он начнет беспокоиться, полезет в неприятности из-за этого. Он ведь и так на контроле у капитана, не надо ему знать о ее подозрениях.
А, может, ты просто его боишься?..
Предательская мысль мелькнула и исчезла, но появившийся из ниоткуда страх остался. Вероника незаметно сглотнула, облизала пересохшие губы и бросила быстрый взгляд на однокурсника. Глеб сидел, глядя в окно на пробегающие туннельные провода. По его взгляду трудно было что-то прочитать, но в них не было скрытого торжества или страха разоблачения.
Господи, о чем она только думает?..
На Сокольниках они вышли. У выхода из метро Ника хотела было попрощаться, но Глеб просто обошел ее и зашагал дальше к ее дому, успокоившись только, когда они остановились у подъезда. Ника смущенно вертела в пальцах ключи и не знала, куда себя девать.
- Спасибо, – сказала она. – Ты был прав, мне было бы тяжело оставаться одной.
- Я знаю. Но у тебя есть я, есть Лена. Если вдруг будет плохо, просто дай мне знать. – Глеб выдавил из себя улыбку, а когда Ника на нее не ответила, вздохнул. – Ты поверила ему, да?
- Поверила кому?
- Капитану. Ты засомневалась, что я не убивал Иру. Не отвечай, я и так все вижу. Ты всю дорогу молчала и глаза прятала, будто стыдишься или боишься меня. А, скорее, и то, и другое. – Глеб помолчал. – Неужели ты совсем меня не знаешь?